Двойственное положение Орловской области

Политолог, президент Фонда "Петербургская политика" Михаил Виноградов - о встрече губернатора Орловской области Андрея Клычкова с экспертами.

Вчера орловский губернатор Андрей Клычков продолжил недавний опыт ивановского Станислава Воскресенского по общению с экспертами ситуации в своем регионе и прогнозов ее развития. Как и в Ивановской области, мероприятие решили проводить не в областном центре – вместо этого было выбрано Спасское-Лутовиново. Поскольку в случае Клычкова такая встреча была уже не первой, заседания теперь брендируют как Спасский клуб.

Орловская область оказалась, на мой взгляд, в двойственном положении. С одной стороны, она оказалась не так далеко от «линии соприкосновении» и дроны иногда долетали. С другой, на фоне Белгородской и Курской областей ситуация все же куда спокойнее и позволяет выступать в роли одного из островков стабильности вблизи юго-западных границ.

Что понравилось?

Общий стиль общения и действия Клычкова. В былые времена его назвали бы демократичным, нового слова пока не придумали. Но в целом симпатично, что нет акцента на подчеркнутую сакральность региональной власти и персоны губернатора.

Наличие в словах Клычкова акцента на другие не самые модные нынче слова – «баланс» и «компромисс». В применении к Орловской области это вполне уместно. Баланс аграрным сектором (исторически развитым – но в силу особенностей российских финансовых правил мало что приносящим в местный бюджет) и промышленностью (не буду грузить сложными аббревиатурами вроде ОЭЗ и ТОСЭР – но новые предприятия появляются даже несмотря на характерный для всей центральной России дефицит трудовых ресурсов. При этом объем производства сельхозпродукции вырос за «пятилетку Клычкова» в 2,4 раза.

Отсутствие в риторике местных чиновников как алармизма («мы все умрем»), так и безразмерного оптимизма и восторженности про наши горизонты – вместо этого вполне понятные проекты про межвузовский кампус, аэропорт, поиски способов сделать соразмерной оплату местных и столичных бюджетников (разрыв в оплате рабочих промышленных предприятий вроде бы уже сокращен).

Возможность в рамках «культурной программы» посетить не только музеи и парки, но и предприятия (я выбрал завод по производству цветных и драгоценных металлов «Аурус» в Мценске).

Что вызывало споры?

Одна из самых дискуссионных тем – внутренний туризм. Как и сельское хозяйство, он в России не очень бюджетообразующ и в лучшем случае создает рабочие места. Поэтому нелогично, когда KPI внутреннего туризма сводится к числу понаехавших на выходные. Я бы говорил о двух других целях. Первое – рост позитивной узнаваемости региона в глазах федеральной аудитории, в том числе десижн-мейкеров (на эту задачу работает в том числе проект запуска стилизованного литературного экспресса «Москва – Орел»). Второе – повышение самооценки жителей области, для которых туристический поток служит дополнительным индикатором интересности и симпатичности окружающего их настоящего. А в идеале и поощрение самих жителей к экскурсиям по собственным и соседним населенным пунктам и по новым современным предприятиям – почему-то эту историю часто недооценивают.

Какие экстремальные идеи приходили в голову без участия искусственному и естественному интеллектам?

Искусственному интеллекту было проще – в ответ на предположения о том, что творчество Тургенева все хуже знакомо тем же внутренним туристам, ChatGPT предложил перенести акцент на продвижение «времени Онегина» (относительным современником которого был и Тургенев) и провести в Спасском-Лутовиново «день русской аристократии». Естественный интеллект подумал, не устроить ли в рамках творческого прочтения темы «традиционных ценностей» сделать Мценск одним из центров по изучению истории Литовской Руси – в ее состав город входил на протяжении почти 200 лет. Впрочем, при всей внешней скрепности идеи нет уверенности, что она будет понятна для тех, кто учил русскую историю в объемах школьного учебника. Печать