Кризис в Приднестровье: конфликт или кулуарные договоренности?

Политолог, эксперт Центра ПРИСП Николай Пономарев – о перспективах перерастания приднестровского энергокризиса в вооруженный конфликт. 

Недавнее решение о прекращении поставок «голубого топлива» из России через украинскую газотранспортную систему вызвали волну дискуссий о возможности попыток решения «приднестровского вопроса» силовым путем со стороны Украины, Молдавии и Румынии. Что само по себе вызывает много вопросов.

Кому из потенциальных участников может быть выгоден этот конфликт? В Тирасполе расположен достаточно представительный российский контингент, который может рассчитывать на существенную поддержку с моря и с воздуха. Даже в случае успеха нападения победителю достанутся обгорелые руины и толпы беженцев вместе с разрушенной промышленной и энергетической инфраструктурой (ту же Молдавскую ГРЭС могут «на прощание» вывести из строя по принципу «так не доставайся ты никому»). Вполне очевидно, что после этого местные жители не будут испытывать особой любви к Молдове, которая приобретет, помимо развалин, только «Гагаузию 2.0» и новые расходные статьи государственного бюджета. И это мы еще забываем о том, что у официального Кишинева просто нет денег на такие авантюры.

Украина в случае захвата Приднестровья сможет нанести России значимый имиджевый урон - но не более того. Операция против Тирасполя обернется не только значимыми людскими потерями в живой силе и технике, но и необходимостью перебрасывать на приднестровское направление солидного контингента. В условиях ограниченности резервов ВСУ это неизбежно обернется ослаблением позиций украинских войск на стратегически значимых направлениях. Вручение Киевом официальному Кишеневу выжженного Тирасполя будет расценено как подарок в силе «чемодан без ручки» и точно не улучшит отношения между двумя странами. Понятно и то, что в окружении Сырского и Зеленского наверняка есть люди, которые зададут проклятый вопрос: «А что, если не получится?». Нельзя забывать и об особой роли Приднестровья в энергетической логистике региона: вывод из строя Молдавской ГРЭС может обернуться «блэкаутом» и для областей Южной Украины. Важно помнить и о правовых аспектах проблемы: Украина признает Приднестровье территорией Молдавии, т.е. для начала операции Киеву нужна будет хотя бы формальная поддержка Кишинева, для которого гром артиллерии в Тирасполе уже успел стать ночным кошмаром. Наконец, не будем забывать о возможной реакции украинской общественности: даже самые свидомые граждане вряд ли будут радоваться размену городов Курщины и Донбасса на Приднестровье.

Для ВС РФ оборона Приднестровья будет равнозначна «логистическому аду». Победа в этом сражении также никак не отразиться на общем стратегическом положении двух армий (за исключением пустой траты дефицитных ресурсов).

Власти Приднестровья сейчас переживают один из самых острых кризисов в истории непризнанной республики. При этом в Тирасполе хорошо осознают: в случае начала боевых действий, независимо от итога конфликта, руководить регионом будут уже совсем другие люди.

В этих условиях наиболее вероятным вариантом разрешения кризиса видится достижение заинтересованными сторонами кулуарных договоренностей об обмене энергоресурсами (например, с использованием инфраструктуры «Турецкого потока») и отказе от силового варианта разрешения кризиса. Печать