Национальная, религиозная идентичность у нас играет большую роль

В России отметили День народного единства. По последнему опросу ВЦИОМ, ощущают такое единство по меньшей мере 61% жителей страны – втрое больше, чем 12 лет назад. А уровень гражданской идентичности и вовсе достиг исторического максимума: вице-премьер Татьяна Голикова на форуме «Народы России» заявила, что этот показатель составил 94%. В следующем году субсидию на укрепление единства российской нации получит 61 регион, её размер впервые увеличен - в 1,5 раза. Деньги пойдут на форумы, фестивали и поддержку малых народов. Поможет ли это сплотить нашу страну, где проживает свыше 193 этносов?

В эфире программы РБК «Что Дальше» политолог, глава «Политической экспертной группы» Константин Калачев рассуждал о том, как найти баланс между общенациональными интересами и сохранением национальной идентичности. Предлагаем ознакомиться с расшифровкой интервью, видео можно посмотреть по ссылке.

- Интересуемся мнением наших зрителей, спрашиваем, что для вас народное единство. Несколько вариантов ответов: работающий общественный договор; добрососедство разных культур и религий; способность дать отпор врагу; последний вариант - нет его у нас. Посмотрим потом итоги голосования в конце программы. Давайте, наверное, вот с этого и начнем, народное единство – в текущей ситуации в первую очередь это что? И как вообще реагируете на такую позитивную статистику? 94% граждан говорят о гражданской идентичности.

- Хотелось бы увидеть формулировку вопроса. Замечено, народное единство и гражданское единство – это разные вещи. Есть идентичность религиозная, есть идентичность национальная, есть идентичность общегражданская. И мне очень интересно было бы, что ответят жители Северного Кавказа на вопрос о том, кто вы в первую очередь: россиянин, мусульманин, чеченец? Или в первую очередь чеченец, мусульманин, россиянин? В какой последовательности это будет звучать? Это на самом деле очень важный вопрос, и с моей точки зрения, мы сейчас выдаем желаемое за действительность, то есть, если говорить о единстве, мне вообще непонятно, кстати, как фестиваль плова может решить проблему народного единства. Но очевидно, что региональная, национальная, религиозная идентичность у нас играет очень большую роль.

Что касается общегражданской идентичности, то могу привести, например, данные 2022 года - 8% опрошенных говорили, что жители России – это русские. Большая часть людей говорят, что это россияне, но даже сама постановка этого вопроса, и результат этого опроса, мне кажутся достаточно странными. То есть у нас всячески поддерживаются любые культуры, но при этом русские стесняются быть русскими.

- Как вам кажется, геополитическая обстановка в мире, ситуация в нашей стране, способствуют росту этой идентичности и народного единства?

- Безусловно, способствует сплочению. Но для того, чтобы люди ощущали себя единой общностью важно, чтобы они считали, что все равны перед законом, независимо от этнической, религиозной принадлежности. А здесь возникают серьезные проблемы. Да, нас искусственно сплачивают, можно сказать, кольцо врага искусственно нас сплачивает. Если мы посмотрим на тех, кто идет добровольцем на СВО, мы увидим и бурятов, и якутов, и кого мы там только не увидим, все они идут бороться за русский мир. Но, с другой стороны, означает ли это, что проблем нет? То есть все ли являются патриотами России и ощущают себя как единая общность? Нет, на самом деле проблема есть, проблема того, что как единая общность себя люди ощущают далеко не всегда, и есть представление о том, что у кого-то есть определенные преференции.

- Этих проблем больше становится, как вам кажется?

- Похоже на то, и мы это видим на примере Северного Кавказа. Также можно вспомнить недавнюю историю с цыганами в Челябинской области. То есть у людей существует представление о том, что принцип равенства всех перед законом, неотвратимости наказания, независимо от твоей религиозной, этнической принадлежности не всегда срабатывает, и это, собственно говоря, и подрывает основы гражданского единства.

Что касается праздника народного единства, это замечательно, здорово, но опять-таки, можно пропагандировать терпимость по отношению к другим народам, проводить фестивали культур, но есть одна серьезная проблема. Например, на этих фестивалях, что меня умиляет, мы уже видим не только культуры народов, традиционных для России, но и наблюдаем присутствие культур народов, у которых есть собственное государство. В прошлом году Владимир Путин сказал, что наш национальный приоритет, наша национальная идея – это народопревращение. Оно может быть разным, может происходить за счет замещающей миграции. И сейчас мы видим, что замещающая миграция играет все большую роль, и это, конечно, раздражающий многих фактор, как ни размахивай флагами.

- Как найти баланс между развитием нации и сохранением национальной идентичности и единством народа? Где проходит та самая грань, Константин?

- Мне кажется, что у нас все очень неплохо с точки зрения поддержки развития малых культур, но у нас недостаточно внимания уделяется проблемам русского народа. И русский народ в значительной степени чувствует себя теряющим идентичность. Эта идентичность - это не архаика, не возвращение в 16-15-14 век, это вообще совсем о другом. Для Запада мы все русские, что касается своих и чужих, - да, все свои. Но кто-то хочет в школу ходить в парандже, а кто-то считает, что это нужно запретить. Вот ты бы запретил или не запретил?

- Давайте вернемся к теме наших национальных республик. Средства нужно выделять не на фестивали, а на реальную поддержку национальных культур и языков. Таким мнением с нами поделился депутат Народного хурала Республики Бурятия. Давайте послушаем, что он нам сказал: «…У нас есть совершенно серьезные проблемы, допустим, по сохранению национальных языков. Существует такой предмет, он называется родной язык. Родной язык в свое время как предмет был и внедрен для поддержания национальных языков других народов. Потому что русский язык как основной, русская литература находятся у нас в числе обязательных предметов, и это правильно, это хорошо. Но в 2018 году были внесены изменения, когда в рамках предмета родной язык можно выбрать русский язык, то есть как дополнительный факультативный. На поверхности как будто бы обоснования даже вполне логично звучали, что почему бы не изучать русский язык как родной, ведь для многих он действительно родной, для русского населения как минимум. Но этими изменениями подорвали саму основу этого предмета, и при достаточно серьезной нехватке кадров учителей бурятского языка, в нашем случае, при множестве других проблем, это усугубило ситуацию. Потому что многие школы ненавязчиво стали намекать родителям, мол, давайте как-нибудь без бурятского языка, потому что у нас учителей нет столько. Возможно, при этом понятие республики пусть будет, сохранится в федеральной власти, которая, наверное, серьезно полагает, что постепенно стране надо уходить от федерализма, от существования национальных регионов к более унитарному государству». Как вы можете прокомментировать высказывания по поводу общественной политики?

- Последнее, что сказано, это правда, мы отходим от федерализма в сторону централизованного унитарного государства. Но что касается языков, допустим, бурятского языка, рядом есть Монголия. Бурятский, монгольский - это языки родственные. Думаю, что если буряты будут ездить в Монголию, у них будет желание учить язык в любом случае, для того, чтобы можно было общаться. А что делать с малыми народами, с теми, где несколько сот, несколько тысяч человек, если они сами не готовы и не могут сохранить свой язык?

- То есть вы считаете, не надо сохранить?

- Считаю, что надо. На самом деле потеря любого народа, любого языка - это огромная культурно-историческая потеря. Но вопрос в том, что с этим делать. Условно говоря, если остался какой-нибудь народ, насчитывающий 200, 300, 400 человек, из них 20 человек носители языка, этот язык неизбежно умрет, как бы мы ни старались.

Эксперты могут говорить халва-халва-халва, но сладко не становится, и угрозы этно-национализма, религиозного радикализма, регионального сепаратизма, по-прежнему существуют. И если когда-нибудь случится кризис экономический, который может произойти, кризис социальный, если когда-нибудь случится какая-нибудь новая перестройка, все это еще более обострится. Мы можем сколько угодно заговаривать проблемы и говорить, что все у нас хорошо, все проблемы решены, все мы единая общность, но не надо забывать, что СССР не смог создать единую общность советских людей. А мы вот взяли и создали? Ну ради бога. Кому-то нравится лакировать действительность, пусть лакируют, но я считаю, что проблемы есть.

Я не буду говорить за евреев, татар и прочих, я русский атеист, гражданин России, в первую очередь я русский, я гражданин России.

- Давайте итоги голосования посмотрим. Мы спрашивали у людей: «Народное единство - это что в вашем представлении?» Половина считает, что у нас его нет, а 35% полагает, что это добрососедство разных культур и религий.