Трамп понимает абсурдность участия США в украинском конфликте

Профессор кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ, доктор политических наук, член Совета Ассоциации российских дипломатов, эксперт РСМД Владимир Пряхин – об избыточных ожиданиях президента США.

Президент Дональд Трамп решительно заявил своим союзникам, что они должны платить за обеспечение их безопасности Соединенными Штатами, а также платить за американские вооружение и боеприпасы, которые Вашингтон ранее предоставлял Украине безвозмездно. Помимо этого союзники по НАТО должны закупить на 750 млрд долларов американских энергоносителей и сырьевых товаров. И европейские союзники США покорно подчинились Трампу.

Однако у многих аналитиков эти обязательства и перспективы их выполнения вызывают серьезные сомнения. Тем более что сам Евросоюз принял решение о наращивании своей военной мощи до уровня, позволяющего ей противостоять мифической «российской военной угрозе» уже в 2030 году. На это тоже необходимо будет набрать, пока непонятно где, 800 млрд евро.

В своем царственном кураже президент США не обошел и главных торговых партнеров России. Уже 8 августа тем из них, кто посмеет продолжать закупать российские энергоносители, угрожают фантастические баснословные тарифы в торговле с США.

Несомненно, американский львиный рык вызовет определенные диссонансы в мировой торговле, в том числе и в поставках российского сырья и энергоносителей. Но в целом, как отмечают аналитики в мировой политологической блогосфере, эффект от угроз Трампа не способен оказать существенного негативного воздействия на экономику России и не сможет приблизить урегулирование украинского кризиса на условиях НАТО.

Между тем амбиции хозяина Белого дома в этом отношении велики. Отсюда и его разочарование медленным прогрессом в российско-украинских контактах в Стамбуле на фоне продолжающегося продвижения российских ВС на линии боевого соприкосновения. Но, как сказал Владимир Путин, разочарование, как правило, следствие избыточных ожиданий. А ожидание каких-то принципиальных уступок со стороны России беспочвенно, так как российско-украинские переговоры носят априори асимметричный характер. Украинская сторона представляет на них очевидно неприемлемую для Москвы запросную позицию, в то время как российская сторона в представленном ею меморандуме о своем видении урегулирования конфликта изложила резервную позицию, отступать от которой у нее нет возможности. Абсурдно ведь думать, что после трех с половиной лет кровопролития Кремль согласится признать, например, Часов Яр украинской территорией. А ведь в меморандуме Киева речь идет и о Крыме, и о четырех областях бывшей УССР, вошедших в состав РФ.

В связи с изложенным профессор Чикагского университета Джон Миршаймер в интервью журналисту Карлссону Такеру охарактеризовал положение Трампа как тупиковое. Военной победы на Украине он добиться не может, прекратить оказание военно-технической помощи Киеву тоже не в состоянии. Признать поражение США в этой прокси-войне было бы чревато катастрофическими репутационными потерями для него и всего сегмента американской политической элиты, интересы которой он представляет.

Трагизм положения усугубляется тем, что как президент и один из наиболее удачливых бизнесменов XX века Трамп не может не понимать абсурдности участия США в конфликте вокруг Украины – бόльшая часть американцев никогда не отличит украинца от русского.

В то же время фокус глобальных стратегических интересов США все более смещается в Азиатско-Тихоокеанский регион. Еще до своего избрания на второй срок Трамп подчеркивал, что главной целью его внешней политики будет «вбить клин» между Россией и Китаем. Но, как отмечает Миршаймер, продолжая поддерживать Украину, Трамп делает как раз все для того, чтобы взаимная заинтересованность Москвы и Пекина в сотрудничестве все более возрастала.

Трамп и вице-президент Джей Ди Вэнс, которого прочат в преемники нынешнего хозяина Белого дома, понимают это. Знают они и то, что президент Джеральд Форд, признав поражение США во Вьетнаме, выиграл много больше для США, чем они проиграли. Но они помнят также, что «ястребы» не простили Форду этого поражения и провалили его на выборах 1976 года.

Трамп тоже вынужден считаться с тем, что признание поражения на Украине хотя и принесло бы несомненную пользу Соединенным Штатам, вызвало бы крайне негативную реакцию консервативного большинства в США, не говоря уже о Европе.

Но мы позволим себе не согласиться с мнением профессора Миршаймера, назвавшего положение Трампа практически безвыходным. Для выхода из тупика можно было бы воспользоваться одной из имеющихся возможностей взаимовыгодного экономического сотрудничества с Россией, в частности, в сфере редкоземельных металлов. Главное, чтобы американцы могли бы почувствовать материальные выгоды от такого шага.

В условиях, когда конфликт на Украине продолжается, такая альтернатива представляется маловероятной. Отсюда акробатические кульбиты в позиции Трампа на тонком дипломатическом канате: то он говорит о любви к русскому народу и возможности сотрудничества, то тут же посылает две стратегические подводные лодки поближе к берегам России.

Но определенная положительная тенденция к реалистическому пониманию ситуации на международной арене в Белом доме пока сохраняется. И тенденция эта никак не предполагает конфронтацию с Россией. Что выгодно отличает Трампа от Джозефа Байдена.

К сожалению, тенденция эта еще весьма слаба. Можно даже сказать, что пока мы наблюдаем лишь ее хилые ростки. Но верно и то, что этим росткам принадлежит будущее, так как альтернативой их выживанию явилось бы сползание к военному конфликту. Трамп лавирует, но рано или поздно он или его преемники сделают выбор в пользу взаимовыгодного экономического сотрудничества и политического взаимопонимания с нашей страной.
Печать