Гамбит Мамади Думбуя

Политолог, первый заместитель председателя комиссии ОП РФ по общественной экспертизе законопроектов и иных нормативных актов, эксперт Центра ПРИСП Александр Асафов – об итогах президентских выборов в Гвинее.

28 декабря в Гвинейской Республике — спустя более 4 лет после военного переворота 5 сентября 2021 года — прошли долгожданные президентские выборы, знаменующие официальное окончание переходного периода под эгидой Национального комитета сплочения и развития (CNRD).

Главная интрига заключается не столько в имени победителя, сколько в масштабе поддержки 45-летнего генерала Мамади Думбуя: сможет ли лидер хунты легитимизировать свою власть в качестве президента на фоне бойкота радикальной оппозиции и давления ЭКОВАС.

Контекст

По итогам конституционного референдума 21 сентября 2025 года одним из главных изменений стало снятие запрета на участие военных в выборах, что позволило лидеру хунты и членам CNRD выставлять свои кандидатуры на выборах.

Изначально оппозиционная коалиция "Живые силы Гвинеи" (FVG) назвала президентские выборы "электоральным маскарадом", однако накануне голосования внутри нее произошел раскол: часть противников власти призвала к бойкоту, в то время как другие решили участвовать в выборах, опасаясь маргинализации.

При этом ключевые фигуры "старой гвардии" — свергнутый экс-президент Альфа Конде (Объединение гвинейского народа, RPG), Селу Далейн Диалло (Союз демократических сил Гвинеи, UFDG), Сидия Туре (Союз республиканских сил, UFR) — находятся в изгнании и не были допущены к выборам, а многие другие оппозиционеры остаются под следствием специального суда по финансовым преступлениям (CRIEF).

Серьезной проблемой оставалась социальная напряженность: в пригородах Конакри в течение года регулярно вспыхивали протесты из-за роста цен и перебоев с электричеством, подавляемые силовиками.

В этой связи власти, опираясь на административный ресурс, стремятся избежать II тура, чтобы не дать оппозиции шанса для консолидации — показательно, что объявление предварительных итогов запланировано на 30-31 декабря.

Избирательная система

Президент избирается сроком на 7 лет по системе абсолютного большинства в 2 тура. Если победитель не будет определен сразу, то II тур пройдет в середине февраля 2026 года.

Число избирателей и явка

Всего в списки было внесено около 6,7 млн избирателей. По предварительным оценкам, явка по стране ожидается крайне неоднородной: умеренной в Конакри, высокой в Верхней Гвинее (оплот Думбуя) и значительно ниже в Средней Гвинее (Фута-Джаллон), где были сильны призывы оппозиции к бойкоту.

Партии и кандидаты

Для участия в выборах было зарегистрировано 9 кандидатур, однако фактически единственным фаворитом являлся Мамади Думбуя, выдвинувшийся в качестве независимого кандидата с программой "переоснования государства", реализации масштабных инфраструктурных проектов (вроде горнодобывающего комплекса "Симанду") и борьбы с коррупцией.

Его оппоненты представляли собой оппозиционеров "средней руки" и технических кандидатов:
➤ Ба Ури (Союз демократов за возрождение Гвинеи, UDRG) — действующий премьер-министр, технократ с сетью контактов в странах Запада;
➤ Абдулае Йеро Балде (Демократический фронт Гвинеи, FRONDEG) — экс-министр и бывший сотрудник Всемирного банка, выступавший за борьбу с коррупцией;
➤ Лансана Куяте (Партия надежды и национального развития, PEDN) — представитель "конструктивной оппозиции", ветеран гвинейской политики.

Прогнозы

По итогам выборов практически неизбежной видится победа Мамади Думбуя уже в I туре с результатом в 60-70% голосов. С большой вероятностью внешние игроки проявят прагматизм: и страны Альянса государств Сахеля, и члены ЭКОВАС, и западные партнеры, зависящие от поставок гвинейских бокситов, скорее всего, оперативно признают итоги выборов.

Однако главный риск связан с признанием итогов выборов обществом и реакцией улицы. Низкая явка в городах и бойкот в оппозиционных регионах создают идеальную почву для уличных волнений, особенно в традиционно протестных пригородах Конакри вроде коммуны Ратома.

В таком сценарии способность Думбуя сохранить лояльность армии и удержать ситуацию под контролем станет главным тестом на прочность для его власти. Печать