Член правления РАПК, глава аналитического центра «Политген» Ярослав Игнатовский – о влиянии иранского кризиса на политические позиции Трампа. Иранский трек для Трампа становится все
более тяжелым, как в плане решения самого кризиса, так и в плане публичного позиционирования. Президент прямо заявляет, что ведет переговоры с властями Исламской Республики (кстати используя комплиментарные эпитеты), и что для этого делает «жест доброй воли» в виде отказа бомбить энергетику Ирана. А вот вторая сторона конфликта однозначно заявляет, что ничего подобного не ведется и вестись не будет, пока не будут признаны их условия окончания конфликта. Кому в данной ситуации верить?
Нужно в данном случае опираться на факты. Например, что Трамп действительно приказал не бомбить энергетическую инфраструктуру Ирана. Тем самым он навел большую шумиху среди инвесторов и заодно обрушил цену нефти сразу на 12 долларов. Тем самым ненадолго он снизил напряженность на рынках, но кардинально проблему не решил и сомневаемся, что в ближайшее время ему удастся решить проблему с Ираном. Тот настроен решительно и пока имеет козырь – контроль Ормузского пролива. Поэтому Трамп все ближе к дилемме: либо отступить, либо идти дальше и проводить сухопутную операцию.
На этом фоне все чаще стали говорить о том, кто же будет преемником Трампа на выборах президента от республиканцев. Жесткая линия Трампа, которую представляет Госсекретарь Марко Рубио, пока популярна среди истеблишмента Республиканской партии, но вопрос – надолго ли? Иранская авантюра может похоронить «ястребов» во главе с Рубио, если окончится неудачно и за этим последует усиление более прагматичного и менее жесткого Вэнса.
Важно то, что сейчас они оба поддерживают Трампа, но Вэнс явно не разделяет позицию Рубио по многим вопросам. Он предпочитает решать вопросы внутри страны, а не за ее пределами. Впрочем, нужно понимать и то, что версию о глубоком расколе среди MAGA могут специально распространять СМИ демократов, чтобы расколоть лагерь Трампа.
Печать