Президент Франции действует в интересах финансовой элиты

Президент Франции Макрон требует «автономию от гегемонии США», избавиться от влияния доллара на Европу и обеспечить независимость национальных экономик. Для людей, не следящих за политической повесткой во Франции, это может показаться ироничным, ведь Макрон как никто другой является союзником США и способствует укреплению НАТО в регионе.

Но не всё так просто, отмечает член правления РАПК, глава аналитического центра «Политген» Ярослав Игнатовский.

Как только Макрон пришёл к власти в 2017 году, он объявил, что Франция должна вернуть свой титул защитника демократических прав и свобод во всём мире, который, как известно, очень давно себе забрали США. Макрон так же неоднократно делал упор в своих речах на цивилизационный долг французской нации как защитника «истинных» прав и свобод человека. Правда, у него это пока не особо получается, если посмотреть на то, что сейчас происходит во Франции, которая объята массовыми протестами и забастовками, доходящими до открытых бунтов и столкновений с полицией.

Стоит учитывать, что Макрон – прежде всего ставленник финансовых элит, которым как раз и не нравится то, что доллар сильно укрепляет свои позиции, отодвигая евро назад. Это происходит не первый год, позиции французских элит планомерно подвигаются как американскими, так и европейскими, например, немцами и англичанами. С этим и связана активная внешняя политика Макрона и его попытки вмешаться в урегулирование армяно-азербайджанского и российско-украинского конфликта, а также активные военные кампании в Африке (к слову, никем не осуждённые).

Поэтому в словах Макрона нет чего-то радикально нового и не стоит говорить, что «Европа просыпается». Отнюдь, простым французам не легче от того, что Макрон летает туда-сюда и отправляет войска в страны третьего мира, обосновывая это миссионерской миссией французской нации. Он действует в интересах крупной финансовой элиты, чьи интересы подвинуты их партнёрами по военному блоку. Франция хочет вернуть себе статус главного европейского гегемона, но вовсе не в интересах французского народа.