Обезличенность можно «откатить», а утечки почти гарантированы

Игорь Ашманов - о предложении внедрить автоматическое согласие пациента на передачу медданных ИИ.

Очень грустно видеть, что такие решения, грубо нарушающие права граждан, принимаются кулуарно, узким кругом и практически без участия специалистов. Но зато в интересах цифрового бизнеса.

Никаких «полностью обезличенных данных» не существует, особенно в медицинской сфере. Это медийный миф цифровизаторов, которые уверены, что публика в теме не разбирается и поверит в «обезличенность».

Наборы данных, состоящие из возраста, пола пациента и уникального анамнеза – не только списка болезней, но истории болезни и лечение – вещь совершенно уникальная, даже если из набора удалить имя и фамилию, номер СНИЛС, паспорта, адрес и т.п.

Это по-прежнему очень специфические, уникальные персональные данные, полностью идентифицирующие больного. Не существует двух людей с одинаковыми наборами болезней и историями лечения.

Обезличенность всегда можно «откатить». И цифровые платформы это знают и на это рассчитывают.

Желание отобрать у граждан их личные данные под предлогом «развития отрасли ИИ» – это просто откровенная жадность тех, кто считает, что отрасль медицины пока не «распакована», то есть не превращена в сферу цифрового заработка. Я много раз разговаривал с такими «распаковщиками», это простое, незамутненное жлобство и алчность.

Ну, а дальше на сцену выходят мошенники и вербовщики – потому что утечки этих крайне ценных для них данных – практически гарантированы. Все остальные личные данные (включая и медицинские) за последние 4-5 лет утекали сотнями миллионов записей.

А дальше можно ожидать совершенно неизбежных подходов манипуляторов, мошенников, рекламщиков и террористов к больным неизлечимыми болезнями, инвалидам, и тому подобных ужасов.

Я считаю, что здесь втихую, без общественного обсуждения, планируется грубое нарушение прав граждан на тайну частной жизни, нарушение 152-ФЗ о персональных данных, в интересах коммерческих игроков.

Существующий закон требует уведомлять пациента о передаче данных, и тот может это запретить. Если передача идет в принудительном порядке, без возможности отозвать согласие, то это грубое нарушение существующего закона. Печать