Почти разогнутая скрепа: крепки ли наши семьи?

Политолог, эксперт Центра ПРИСП Николай Пономарев – о «девальвации ценности» традиционной семьи в современной России.

В ноябре 2022 г. президент России официально утвердил перечень 17 ценностей, традиционных для нашей страны. В него вошли, помимо прочего, патриотизм, жизнь, достоинство, права и свободы человека, крепкая семья, гражданственность, служение отечеству и ответственность за его судьбу.

Однако почти сразу с момента публикации этого списка внутри экспертного сообщества не утихают споры о том, отражают ли эти идеалы реальную ситуацию в обществе, или служат, в лучшем случае, ориентирами для его развития.

Попробуем ответить на этот вопрос на примере одной из базовых ценностей, продвигаемых политическим руководством РФ – крепкой семьи.

В 2024 г. Россия заняла третье место в глобальном рейтинге разводов World Population Review: в среднем в нашей стране на 1000 человек приходятся 3,9 разводов. Для сравнения, в США этот показатель составляет 2,5, для Швеции – 2,3, для Дании – 2,2, для Канады – 2,1, для Франции, Бельгии и Швейцарии – 1,9, для Великобритании, Греции и Норвегии – 1,8, для Германии, Австрии, Японии, Испании и Португалии – 1,7, для Нидерландов – 1,5, для Италии – 1,4.

Большое значение имеет и соотношение числа браков и разводов. Согласно данным Единой межведомственной информационно-статистической системы, с 1990 по 2002 гг. этот показатель менялся для нашей страны в рамках катастрофического тренда. К 2002 г. доля разводов достигла 84% от общего числа браков. К 2011 г. показатель снизился до 51%, однако затем снова начал постепенно увеличиваться. К 2020 г. он достиг 73% и с тех пор не опускается ниже планки 70%. На 2023 г. доля разводов составляла 72,3% от общего числа браков.

Для Финляндии величина этого показателя составляет 55%, для Бельгии – 53%, для Франции – 51%, для Швеции – 50%, для Нидерландов – 48%, для Канады – 47%, для Дании и Италии – 46%, для США – 45%, для Великобритании – 41%, для Германии – 38%, для Японии – 35%.

Соответственно, Россия не просто переживает период высокого уровня разводов, но и заметно уступает странам «коллективного Запада» в плане прочности уз брака и совершенно точно не может служить для них примером.

Также следует признать, что среднестатистическая российская семья все меньше походит на модель, продвигаемую российскими консерваторами: состоящие в браке отец с матерью и двое-трое детей, в большинстве случаев – родные для обоих супругов.

По данным Всероссийской переписи 2020 г., только 68,9% российских семей имели детей. И только 61,5% семей с несовершеннолетними детьми были полными. В более чем 31% семей с детьми последних воспитывали матери-одиночки. В 7,3% семей с детьми бремя опеки над ними лежало исключительно на овдовевших, разведенных или потерявших супругу отцах. Таким образом, около 38,6% являлись на 2020 г. неполными.

И, если верить официальной статистике, этот показатель с течением времени лишь увеличивается. Так, по данным переписи 2010 г., доля полных семей в РФ составляла 67,3%, неполных – 32,6%.

ФНИСЦ РАН в 2023 г. описывал еще более мрачную картину. По данным социологов, за последние 20 лет доля полных семей с родными для ребенка отцом и матерью сократилась с 39,7% до 20,7%. Число матерей-одиночек синхронно увеличилось с 31% до 37,7%, а отцов-одиночек – с 4,1% до 8,2%.

Параллельно отмечается и общее сокращение домохозяйств, в которых проживают дети до 18 лет: в 2002 – 2021 гг. их количество сократилось с 52% до 40%. И чаще всего это домохозяйства, в которых проживает один ребенок. Доля двухдетных домохозяйств в 2021 г. составила лишь 13%, многодетных – 5%.

Одновременно фиксируются серьезные проблемы с рождаемостью. С 2012 г. ее прирост начал меняться в пределах погрешности, а с 2015 г. мы наблюдаем последовательное снижение показателя. За период 2010 – 2020 гг. численность женщин в оптимальном для рождения ребенка возрасте (от 20 до 29 лет) сократилась на 37,5%, до чуть более 7,5 млн человек. Возраст рождения первенца в российских семьях неуклонно растет после 1994 г. Тогда он составлял 22,5 года, в 2000 г. – 23,5 года, в 2010 г. – 24,9 года, в 2020 г. – 26 лет.

Все это позволяет заключить, что институт традиционной семьи в РФ (по крайней мере, в том виде, каким его позиционируют политические элиты) переживает затяжной кризис, который в перспективе ближайших десятилетий может завершиться его полным распадом при сохранении сформировавшихся долгосрочных трендов. Что, помимо прочего, лишает основы претензии России на приобретение симпатий международной общественности за счет статуса «защитницы традиционной семьи».

Причины столь плачевной ситуации и возможные пути выхода из кризиса мы рассмотрим в последующей публикации. Печать