Зачем нужна дорога, если она не ведет к даче?

Политолог, эксперт Центра ПРИСП Николай Пономарев – о программах развития дорожной сети в Вологодской области.

Благодаря классику почти каждому жителю одной части суши известно, что в России есть две беды. И одна из них постоянно ремонтирует другую. Однако из этого правила есть немногие исключения, и одно из них – Вологодская область.

Признаться честно, в свое время Олегу Кувшинникову досталось сомнительное наследство от предшественников. По показателю протяженности дорог Вологодская область занимает первое место во всем Северо-Западном федеральном округе. При этом регион традиционно выступает в роли межрегионального логистического хаба. В переводе на человеческий язык, здесь пересекаются транспортные потоки, переносящие по артериям магистралей бесчисленные тонны грузов между Москвой, Петербургом, Архангельском и Нижним Новгородом. Что вполне закономерно порождает аномально высокую нагрузку на дорожную сеть. То, что территория Вологодчины изрезана реками, также не добавляет простоты задаче поддержания местной дорожной сети в приемлемом состоянии.

К 2012 г. лишь 6% автомобильных дорог регионального значения соответствовали нормативам. Т.е. по факту в области вместо дорог имелись лишь направления. За 10 лет размер показателя увеличился почти в 7 раз, достигнув уровня 41%.

Каким образом было совершено это «дорожное чудо»? Для строительства автомагистралей нужны в первую очередь три вещи – деньги, деньги, и еще раз деньги. И губернатор последовательно увеличивал финансирование дорожной отрасли. Только за последние 4 года на соответствующие нужды было выделено 74,5 миллиона рублей. Нет, конечно, дело не в том, что у Олега Кувшинникова появился собственный печатный станок. Во-первых, «дорожный бюджет» рос вместе с объемом экономики региона, «перезапущенной» командой губернатора. Во-вторых, Олег Кувшинников смог наладить прямую связь с Кремлем, благодаря чему из федерального бюджета на вологодские дороги начали выделять суммы с обильным количеством нулей по личному указанию президента. В качестве наглядного примера в данном случае можно привести Архангельский мост в Череповце, и строительство обхода вокруг Вологды.

Означает ли это, что дорожная сеть региона находится в идеальном состоянии? Конечно же, нет. Во-первых, с учетом ее исходного состояния, обеспечение 100-процентного качества асфальтового полотна по всей территории области за 10 лет было бы сродни обращению воды в вино. В данном случае Кувшинников мог бы смело ответить на претензии в свой адрес: «Я не волшебник, я только учусь». Во-вторых, основные работы по ремонту и расширению дорог вполне логично ведутся на участках с наибольшим трафиком – в пределах Вологодской и Череповецкой агломераций. Дороги лучше всего ремонтируют там, где люди больше ездят. Именно это и называется человекоориентированным подходом.

Обычно в ответ на эти доводы звучат дежурные претензии о «забытых деревнях». Однако их авторы почему-то забывают о том, что в Вологодской области вопросы о ремонте или строительстве дорог к малонаселенным селам и деревням решаются в рабочем порядке в рамках работы градостроительных советов. Это позволяет отделить поселения, в которых реально живут люди, от «деревень-призраков», в которых человеческая речь звучит лишь на протяжении дачного сезона.

Конечно, в данном случае у условных «дачников» есть повод обижаться на власть. Но эти люди также должны помнить, что бюджетный пирог имеет строго обозначенные границы. И хорошая асфальтовая трасса к «малой родине» может обернуться ямами и колдобинами прямо перед их домом в Вологде или Череповце.