Мигрантофобия или реальность? О чем говорили на закрытом заседании Госдумы

Совершенствование миграционной политики станет приоритетом работы Госдумы, заявил на открытии осенней сессии 17 сентября спикер нижней палаты парламента Вячеслав Володин. Шаг в этом направлении предпринял думский комитет по делам СНГ, который в тот же день обсудил эту тему в закрытом для СМИ режиме.

Подробностями с закрытой части заседания поделился первый заместитель председателя комитета Государственной думы по делам СНГ и связям с соотечественниками Константин Затулин.

На закрытой части заседания заслушали всех представителей профильных ведомств и пытались анализировать законодательное пространство в целом. Я считаю, что мы будем до бесконечности откладывать решение этого вопроса и ждать. Уже три года ждем законопроект, который нам обещают — правительственный так называемый «большой закон» по миграции. Этот законопроект подготовлен и внесен несколько месяцев назад МВД в правительство, но правительство находит в нем, судя по всему, большие недостатки.

Заявлено, что 24 сентября должно пройти большое совещание под руководством президента по вопросам миграции. Но это совещание уже пять раз переносилось, и уверенности в том, что оно пройдет именно 24 сентября, на самом деле нет. Это как бы на злобу дня, под впечатлением от всего, что происходит. Наконец-то должны прийти к какому-то мнению.

Надо создавать специализированное ведомство. В прошлом году президент в принципе к этому склонялся, но, видимо, что-то не созрело. Потом, все боятся потерять контроль в процессе перестройки. На заседании комитета я предложил вести дело к созданию самостоятельного ведомства — департамента миграционной политики. В правительстве такого подразделения нет, вместо этого есть комиссия, которая собирается два раза в год.

На какой-то период оставить в МВД, повысить статус этого главного управления, возродить Федеральную миграционную службу, пусть пока в МВД, потом придать ей уже характер самостоятельного ведомства. Это нужно для того, чтобы, наконец, поженить проблемы правоохранительные с проблемами социально-экономическими с национальными внешнеполитическими.

У нас сегодня в Государственной думе множатся голоса, что надо, например, до конца года решить вопрос с запретом на въезд семей мигрантов, как само собой разумеющаяся мера, а на самом деле она ни много ни мало означает отказ от Евразийского экономического союза [ЕАЭС]. Источник трудовой миграции в Россию, как известно, это Киргизия, Таджикистан и Узбекистан. Киргизия — член Евразийского союза, и запретить ввозить семьи — это значит нарушить договор о создании Евразийского экономического союза. Это касается не только киргизов, но и белорусов, казахов, хотя они к нам не едут, армян.

Узбекистан и Таджикистан не являются членами ЕАЭС, но с ними действуют отдельные соглашения, в соответствии с которыми работающие в России граждане этих стран имеют право приглашать свои семьи в случае, если доказывают, что у них есть средства и жилье. Битва за такой ресурс, как рабочая сила, идет полным ходом во всем мире, и России тоже приходится конкурировать.

На миграционных потоках это уже отразилось, Шольцы, Кэмероны, которые съездили в Узбекистан, Таджикистан… Шольц подписал с Мирзиёевым соглашение о миграционной квоте для узбеков. Это, конечно, по объемам не [идет] в сравнение с теми потоками, которые едут к нам, но все-таки это ласточки. Схожие соглашения со странами Центральной Азии также инициировала Великобритания. Они пытаются перехватить [потоки мигрантов], чтобы нас лишить этого ресурса.
В то же время в России нарастает вал мигрантофобии. Особенно в этом злоупотребляют, в том числе и некоторые мои коллеги по Государственной думе, которые просто с утра до вечера изобретают законы, как в анекдоте, чтобы можно было и жида повесить, и москаля утопить. На рассмотрении в комитете Госдумы по делам СНГ находятся 33 законопроекта. Вот штампуют депутаты ЛДПР, СРЗП — о том, как запретить, не пустить, ввести геномную регистрацию, запретить въезд детей и семей и так далее.

Мы одновременно строим русские школы в Таджикистане, Киргизии, а здесь, в России, разворачиваем компанию внутри страны, что нельзя принимать детей мигрантов, они тянут наши школы назад. То есть мы расписываемся в своей неспособности воспитывать детей иностранцев в своих школах здесь, на территории России. Зачем же мы строим школы там и при этом разглагольствуем о сохранении русскоязычного пространства и так далее, если мы не готовы, не умеем, расписываемся в своей неспособности вести дело по воспитанию детей?

В школах надо приплачивать учителям, создавать отдельные дополнительные часы и финансировать образовательные учреждения. Конечно, надо баланс соблюдать, чтобы не было школ, где учатся одни мигранты, но школы, где учатся мигранты, должны быть, это принципиально важно. Иначе мы тогда функцию свою плавильного котла как империя просто прекращаем за несколько сотен лет.

Вранье — это бесконечное количество мигрантов. Почему, зачем нужно придумывать 16 млн? Для того, чтобы произвести впечатление на граждан Российской Федерации <…> Они [говорят]: «кругом мигранты» — вот на таком уровне, когда спор идет, можно что-нибудь доказать?

На заседании обсудили также вопросы приобретенного гражданства. Говорят, что мигранты за последнее время все «проникли» в граждане Российской Федерации. Я, кстати, не поддерживаю упрощенный порядок предоставления таджикам, узбекам, киргизам гражданства, они не являются «нашими».

Согласно статистике, с 1992 по 2023 год гражданство России получили 12 млн человек, из них совокупно киргизы, таджики и узбеки — 2,5 млн человек. Много это? Много, но это не столько, сколько воспаленное воображение рисует. В это же время 3 млн — граждане Украины.

Когда мы пишем законы, мы нигде не говорим: не пускать граждан именно Таджикистана, именно Узбекистана или именно Киргизии. Мы пишем вообще об иностранцах. Это значит, новации коснутся и тех, кто с Украины, и тех же русских, которые откуда-то еще приедут. Об этом никто — в данном случае те, кто требует таких жестких мер — почему-то не задумываются. Пишем [законопроекты] якобы для того, чтобы предотвратить миграционный выброс со стороны Средней Азии, а на самом деле тем самым выплескиваем с водой ребенка.
Печать