Запад пытается подготовить для украинской обороны ПВО и авиацию

Журналист, эксперт Центра ПРИСП Петр Скоробогатый – о летней кампании в зоне СВО.

К концу июня Россия продолжает владеть инициативой на украинских фронтах, Украина же упорно и успешно обороняется. Значительные по меркам этой войны территориальные приращения последнего полугода для ВС РФ были обеспечены авдеевской операцией и ее следствием в виде очеретинского прорыва, а также харьковской наступательной инициативой. Все вместе это потребовало значительного расхода ресурсов.

Надо также учесть формирование до конца 2024 года двух новых армейских корпусов (не участвуют в СВО) и уже брошенную в бой группировку войск «Север» (защита границ и создание буфера). Наконец, слова Владимира Путина о стратегии Генштаба: «Если мы хотим это делать максимально быстро, то нам действующего контингента недостаточно. Но мы придерживаемся другой тактики, выдавливаем противника с территорий, над которыми у нас должен быть контроль». Оценки «кровопролитности» этой тактики на «выдавливание» подчас диаметрально противоположны и имеют в том числе политический подтекст.

Все это позволяет предположить, что Россия не готовит крупной наступательной операции этим летом, ее целью можно считать как раз создание приграничного «буфера».

Ближайшие задачи

Давать оценки действиям на харьковском направлении преждевременно. Задачи брать Харьков не ставилось, но в качестве максимума можно было ожидать лучшей диспозиции. В итоге значительные резервы ВСУ, опытные части вперемешку с теробороной, остановили продвижение не самых зрелых российских соединений и провели ряд контратак, в целом, в общем-то, безуспешных. Идет кровопролитная битва за Волчанск, дом за домом, квартал за кварталом.

Эта операция выявила системные проблемы ВС РФ в наступательной тактике при взаимодействии родов войск и невозможности купировать проблему дронов. Возможно, поэтому выдвинутая здесь группировка ВС РФ пока остается немногочисленной, а новые зоны входа на границе с Украиной до сих пор не открыты.

Однако решена и задача-минимум. Украинские резервы связаны жестокими боями, техника со снарядами быстро расходуется, этих ресурсов очень не хватает на других направлениях. Задача Киева — перевести харьковское направление в режим позиционной обороны, чтобы закрепить позиции мобилизованными и освободить опытные части, не допустив полной потери их боеспособности. Но клинч в Волчанске не дает этого сделать. Более того, он сжирает ресурсы потенциально свежей группировки, которую Киев пытается создать на перспективу под новые поставки Запада.

Условно фронт можно свести к трем горячим точкам в городском ландшафте высотной застройки, которые притягивают весомое количество сил обеих сторон: это Красногоровка, Часов Яр и Волчанск. Везде есть успехи ВС РФ, но при медленном и кровопролитном продвижении в целом. Особняком стоит очеретинское, или покровское, направление, оформившееся после падения Авдеевки.

Внезапное вклинивание в украинские порядки позволило выйти на рубежи второй линии обороны и обозначить перспективу движения на Покровск, главный логистический узел ВСУ в Донбассе. В то же время возможные фланговые удары позволят создать условия для взятия Угледара и Торецка с ликвидацией соответствующих группировок противника. Пожалуй, эти задачи стоит считать приоритетными на летне-осеннюю кампанию, а все остальные направления — вторичными и отвлекающими.

Тактика «тысячи порезов», или одновременного давления на всех направлениях, имеет свои минусы и плюсы. Вероятно, она пока безальтернативна при отсутствии мобилизации, дефиците сил, отсутствии навыков преодоления эшелонированной обороны и закрепления на отвоеванных участках. В то же время российские силы фрагментированы, что не позволяет быстро развивать успех в случае краха участка обороны противника — тот имеет время перебросить резервы. При иных раскладах очеретинский прорыв мог бы уже похоронить всю донецкую группировку ВСУ. Ведь украинские войска ровно таким же тонким слоем «размазаны» по линии длинного фронта. Но надо учесть, что накопления в полосе обеспечения значительных сил прорыва выявляются средствами разведки и быстро страхуются обеими сторонами.

В таких условиях решение ВС РФ растягивать фронт в условиях дисбаланса демографических потенциалов выглядит логичным. Постепенно это приводит к потерям ВСУ позиций на юге (Работино, Урожайное), возле Угледара (вышли на принципиально важную Максимильяновку), идет поступательное движение для обеспечения «ствола» очеретинского прорыва, ожил фронт по направлению к Торецку и Северску, продолжается вялотекущее продвижение к Купянску. Кажется, что трофеи невелики, но многие искомые населенные пункты числились за противником год, два и десять лет, казались неприступными, а были взяты только сейчас, в мае‒июне 2024 года.

Но на данном этапе, судя по подходу Москвы, важны не территории, а истощение противника, причем не в технике, которая регулярно пополняется союзниками, а в людях — опытных, стойких, качественных солдатах и командирах среднего звена, которые способны передать опыт и психологию войны мобилизованным. Именно исчерпание человеческого потенциала ВСУ должно привести к обрушению фронта и перехода всех территорий новых российских регионов под контроль ВС РФ без боя. А если следовать последним мирным условиям Владимира Путина, то этими землями дело может и не ограничиться. Но все же это «сценарий в вакууме», никто за пехоту ее тяжелую работу не сделает и границу России не продвинет.

Планы противника

Стратегия Украины читается довольно просто: выдержать в обороне за счет мобилизованных частей и ставки на все виды дронов в невероятном количестве, купируя прорывы обороны за счет ССО и опытных частей. В конце концов, истощить наступательные возможности России и далее либо выходить на выгодные мирные соглашения, либо попытаться провести успешную операцию по образцу лета 2023 года.

Возобновление американских поставок позволило несколько купировать снарядный голод ВСУ и дало зеленый свет на передачу F-16, тогда как технику, ракеты и артиллерию пока полностью берут на себя европейцы. Их вклад в войну самый существенный — и дальше будет только расти по мере перекладывания США всех обязанностей по обеспечению Киева на союзников. При этом оперативное командование войной (разведка, логистика и, похоже, стратегия) акцентированно переходит под специальные структуры в рамках НАТО с доминирующим влиянием Пентагона.

В свою очередь, «ястребы» несколько страхуются от политической тряски в Вашингтоне и зависимости от фигуры хозяина Белого дома. Отсюда идеи фиксированной выплаты на войну доходов от замороженных резервов России или европейского фонда с постоянными отчислениями участников.

В военном отношении Запад видит задачу постепенного истощения военного потенциала России через укрепление обороны ВСУ и перехода к заморозке линии фронта, возможно на время. Такой сценарий позволит взять паузу для накопления ныне дефицитных брони, снарядов, ракет, разгона западного ВПК. Для этого помимо поставок снарядов страны НАТО ускоренными темпами передают Украине системы ПВО с ракетами — они должны прикрыть работу F-16 по логистике и тылам в прифронтовой зоне ВС РФ, а также по переднему краю и, в свою очередь, ограничить диапазон использования российской авиации с планирующими бомбами, которые сильно размягчают украинскую оборону.

По всей видимости, значительная часть F-16 (всего их могут передать свыше ста штук уже в этом году) будет размещаться все-таки на украинских аэродромах, что делает их приоритетной мишенью для российских ракет. Без обеспечения ПВО не обойтись. Сегодня батареи Patriot передают в спешном режиме европейские страны из состава своих регулярных армий, так же как и некоторые другие вооружения. Идея в том, что, если получится остановить ВС РФ сегодня, пауза будет использована и европейцами для пополнения своих арсеналов. Американский же ВПК обогатится, а армия США не будет сильно ослаблена.

В качестве страховочного варианта и потенциального шантажа идет подготовка отдельных частей НАТО для ввода на территорию Украины. Это сценарий антикризисный, но очень реальный. Именно о нем постоянно говорят президент Сербии Александр Вучич и премьер-министр Венгрии Виктор Орбан как о предпосылке для начала большой войны. Именно этот вариант из раза в раз пытается предупредить Владимир Путин, обозначая его как недопустимый, чреватый реальной эскалацией.

Резюмируя, можно утверждать, что западные структуры пытаются укрепить украинский актив, понимая опасность его быстрого истощения, прежде всего в людях. Именно сейчас, в этом году, ВСУ необходима пауза, чтобы пополнить и обеспечить свои ряды. Именно этой паузы постоянное давление ВС РФ украинской армии не предоставляет, пусть оно и не ведет к территориальным приращениям. В конечном счете такая ресурсозатратная тактика Москвы лучше всего отвечает политико-дипломатическим задачам по заключению сделки с Западом.

Для хорошей торговли должен существовать сам предмет сделки, а он измеряется удачами на фронте. Последний очевидный военный успех для Украины датирован осенью 2022 года.

Печать