«Хромая утка» по-французски

Во Франции в преддверии парламентских выборов, намеченных на 30 июня и 7 июля, развернулись большие политические манёвры. До президентских выборов 2027 г. страну, скорее всего, будет лихорадить, и Макрон выйдет из большой дипломатической игры, разворачивающейся в Европе. О закате эры симулякра Макрона, роли украинского кризиса в политике, о запросах и желаниях самих французов Фёдору Лукьянову рассказал Александр Орлов в интервью для программы «Международное обозрение».

Фёдор Лукьянов: Неожиданным ли было решение Макрона распустить французский парламент? Судя по откликам, какие-то все ошарашенные.

Александр Орлов: Да, решение Макрона распустить Национальное собрание, нижнюю палату парламента, стало для Франции полной неожиданностью. Оно застигло врасплох даже ближайших друзей и сподвижников президента. Я думаю, что здесь сказалось прежде всего уязвлённое самолюбие Макрона, который справедливо воспринял поражение своего кандидата как личное поражение. Действительно, и президент, и премьер-министр Габриэль Атталь самым активным образом участвовали в избирательной компании, фактически оттеснив своего кандидата на второй план.

Поэтому катастрофические для президентского большинства результаты выборов – сильный удар по авторитету Макрона как внутри страны, так и за рубежом, а также мощный удар по международному имиджу Франции. В глазах европейских коллег французский президент выглядит «хромой уткой».

Принимая решение о роспуске Национального собрания, Эммануэль Макрон, как мне кажется, преследовал двойную цель: с одной стороны, попытаться сформировать в парламенте благоприятное ему более устойчивое большинство, либо, если это не получится, «подставить» лидера «Национального объединения» Жордана Барделла – поручить ему сформировать правительство и одновременно создать для него невыносимые условия работы для реализации своей программы. Тем самым скомпрометировать «Национальное объединение» в глазах избирателей накануне президентских выборов, намеченных на 2027 год. Надо сказать, что в истории Пятой республики не было случая, чтобы политический деятель, занимавший пост премьер-министра накануне президентских выборов, одерживал на них победу.

По логике Конституции Пятой республики премьер-министр является тем козлом отпущения, на которого президент списывает все свои грехи.

Сейчас во Франции в преддверии парламентских выборов, намеченных на 30 июня и 7 июля, развернулись большие политические манёвры. И на левом, и на правом флангах идёт перегруппировка сил.

В отличие от выборов в Европейский парламент, которые проходили по пропорциональной системе, голосование на выборах в Национальное собрание Франции проходит по мажоритарной системе, то есть с обязательным выявлением победителя на каждом избирательном участке. Поэтому исход их предсказать сегодня трудно.

Но ясно одно – в ближайшие месяцы, а, может быть, и все три оставшихся до президентских выборов года Францию будет лихорадить. Слишком много накопилось серьёзных проблем, ждущих своего решения и с которыми так или иначе придётся что-то делать. А это может повлечь за собой ослабление дипломатической активности Франции.

На какое-то время Макрон выйдет из большой дипломатической игры, разворачивающейся в Европе, или, по крайней мере, поумерит пыл.

Фёдор Лукьянов: Я сейчас опишу, как я это вижу, а вы поправите, в чём я не прав. Когда Макрон пришёл в 2017 г. к власти, ощущение было следующее: на фоне неудачного президентства правых (Николя Саркози) и провального президентства левых (Франсуа Олланд), плюс чудовищный шок в Америке, в Великобритании, все напуганы, – элита выдвинула такого эластичного, гуттаперчевого кандидата, который, с одной стороны, хорошенький и новенький, может изображать обновления, а, с другой стороны, абсолютная плоть от плоти истеблишмента. И это внезапно сыграло. Поскольку он говорил всё, что хотят слышать, при этом был управляемый, энергичный, красивый и всё такое. Но это был симулякр, направленный на то, чтобы вообще вывести за скобки идеологические вопросы. У Макрона нет идеологии. Оказалось, что симулякр может работать в определённых условиях, пока не достигает противоречия высокого уровня, а дальше – всё, он уже не справляется, и все идеологические противоречия лезут наружу. Можно ли считать, что эра Макрона, как кандидата, который способен затушёвывать противоречия и конфликты, в этом смысле закончена?

Александр Орлов: Абсолютно согласен с этим анализом. У Макрона, действительно, нет твёрдых политических убеждений, кроме желания всем понравиться. Но на этом политику не построишь. Рано или поздно приходит разочарование, что мы и наблюдаем сегодня во Франции. Люди устали от бесконечных обещаний, которые так и остаются обещаниями. И состоявшаяся в среду пресс-конференция Макрона показала, что и на этот раз у него за душой ничего серьёзного, способного объединить нацию, нет.

Как метко заметил один французский обозреватель, проблема Макрона в нём самом. А это не лечится.

В 2017 г. Макрон пришёл к власти в условиях отсутствия на тот момент во Франции ярких, сильных личностей. Сегодня ситуация изменилась. Выборы в Европейский парламент показали, что во Франции в политику идут новые люди. Есть из кого выбирать. И самым харизматичным из них, на мой взгляд, является 28-летний председатель «Национального объединения» Жордан Барделла, выходец из очень простой семьи, знающий реальную жизнь, хорошо подготовленный, прекрасный оратор, у него, безусловно, большое будущее. Недаром на выборах в Европейской парламент он получил больше всего голосов практически во всех регионах страны и у всех групп избирателей, независимо от их возраста и социального положения.

Фёдор Лукьянов: Макрон вполне сознательно сделал Украину и все эти страсти про войну центром своей кампании. Можно сделать вывод, что промахнулся. Но действительно ли он промахнулся или, на самом деле, он провалился из-за того, что вы только что описали (из-за себя самого), а эта тема особой роли не сыграла?

Александр Орлов: Макрон, действительно, поставил тему Украины во главу своей избирательной кампании, но больших дивидендов она ему не принесла. Она мало волнует рядовых французов, которые гораздо больше обеспокоены другими темами – падением жизненного уровня, ростом беспорядков, невнятной иммиграционной политикой. Этот диссонанс в настроениях Макрона и большинства населения показал оторванность президента от реальной жизни, от проблем, которые действительно волнуют французов и должны определять политику правительства и президента. Печать