А.Кынев: Схема выборов губернаторов слишком тяжела, чтобы жить

Кампании по избранию глав четырех регионов обещают быть скандальными

Прямые выборы губернаторов в четырех регионах состоятся в первой декаде июля. Об этом заявил зампред ЦИК РФ Леонид Ивлев. Четыре региона – это Амурская, Брянская, Новгородская и Белгородская области. Ивлев добавил, что предстоящие выборы мэра Красноярска (10 июня) и мэра Омска (17 июня) станут репетицией прямых выборов губернаторов.

Впрочем, не стоит принимать слова господина Ивлева о репетиции буквально. Мэров и губернаторов выбирают по совершенно разным правилам, сравнивать которые практически бессмысленно. «Репетиция» заключается в формате проведения голосования. Например, в Омске и Красноярске, как и на выборах президента РФ, каждый избирательный участок оснастят вэб-камерой, а в интернете организуют онлайн-трансляцию.

Будет даже демократичнее, чем на выборах Путина. «Регистрироваться заранее на сайте вэб-выборы-2012.ру не нужно, как это было необходимо на президентских выборах. Прямо в день голосования можно зайти на сайт и посмотреть трансляцию», - козырнул Ивлев.

Кроме того, в Красноярске на всех избирательных участках будут установлены автоматические комплексы обработки избирательных бюллетеней - КОИБы, в Омске - примерно на четверти участков. Это тоже из «репетиции».

Приближают ли нас прямые выборы губернаторов (в их нынешнем виде) к реальной демократии, рассуждает ведущий эксперт Московского центра Карнеги Николай Петров.

«СП»: – Николай Владимирович, закон о прямых выборах губернаторов придушили фильтрами. В этом выхолощенном виде он меняет политический расклад сил?

– Само принятие закона о прямых выборах глав регионов существенно меняет баланс сил. Независимо от того, идут сейчас выборы в регионе или нет, губернатор понимает, что он зависит не только от Кремля, и должен заискивать не только перед чиновниками, от которых зависит его переназначение. Он должен думать, как его воспринимает электорат, потому что ему предстоит в будущем идти на выборы – если, с точки зрения Кремля, он окажется для этого достаточно сильной фигурой.

Факт, что Кремль устроил фантастическую по интенсивности кампанию замен губернаторов в преддверии того, что этот закон начнет действовать, свидетельствует о том, что политическая ситуация, действительно, серьезно меняется. Кремль именно менял губернаторов – только двое, из 22-х, были переназначены.

«СП»: – Чем, проводя эти замены, Кремль руководствовался?

– В этом процессе он исходил из двух разных логик.

Одна логика – Кремль убирал слабых губернаторов, считая (и не без оснований), что если губернатору не удалось обеспечить хорошие результаты «Единой России» в декабре, а Путину в марте, то не стоит рассчитывать, что он сможет обеспечить хороший результат себе самому и быть переизбранным.

Поэтому мы видели, что ряд фигур, которые давно вызывали негативную реакцию в своих регионах, были заменены более сильными, более «укорененными» политиками. В этом смысле, закон уже проявил себя. Например, в том, что в Иркутской области убрали Мезенцева, который был совершенно неэффективен, и отторгался как политэлитами, так и гражданами.

Вторая логика – обеспечить контроль над крупными регионами. Независимо от того, сильный или нет губернатор, Кремль не хотел, чтобы этой осенью в регионах, которые важны для него, шли выборы. Ведь выборы, в любом случае, – это некий политический риск.

«СП»: – В итоге, прямые выборы идут в четырех регионах. Они неважны для Кремля?

– Да, разумеется. Они малы, расположены далеко от центра, и не представляют интереса для политических и бизнес-сил. На этих-то регионах власть и рассчитывает отрепетировать процедуру выборов. Она полагает, что там будут минимально представлены силы, которые могли бы Кремлю помешать.

В паре из этой четверки регионов – Амурской и Белгородской областях – сидят губернаторы, которые контролируют ситуацию и, по-видимому, будут переизбираться. В паре других регионов, возможно, вместо действующих губернаторов Кремль выставит фигуры более сильные.

При этом мне кажется, что каким бы плохим не был закон о прямых выборах, какими бы фильтрами он не был обставлен, он действует в принципиально новой политической ситуации. Это – уже политика.

«СП»: – Но Кремль может снять неугодного кандидата, разве нет?

– Кремль может вписать в закон возможность президенту вмешаться на этапе регистрации кандидатов. Но снять популярного кандидата вопреки общественному мнению Кремль вряд ли сможет. Особенно, если речь идет о каком-то сильном, активном регионе.

В этом смысле, думаю, правоприменение этого закона будет определяться политическими факторами, и будет существенно отличаться от негативных рамок, которые внесены в закон.

И второй важный тезис. Да, сейчас Кремль планирует, что переназначив значительную часть губернаторов, которые дожидались окончания срока, он отодвинул перспективу выборов. В этом году четыре кампании, в следующем – семь или восемь. То есть, минимальное количество.

Тем не менее, возможен эффект лавины, когда губернаторов будут менять на выборах и проводить эти выборы, не дожидаясь окончания полномочий действующих губернаторов. Это будет происходить под давлением политических сил в регионе. Поэтому важно, как пройдут региональные осенние выборы и как будет развиваться общая политическая ситуация.

«СП»: – Выборы мэров Омска и Красноярска действительно можно считать репетицией прямых выборов губернаторов?

– Для Кремля и для «Единой России» эти выборы достаточно серьезное испытание. В целом ряде кампаний по выборам мэров «Единая Россия» проиграла. Омск и Красноярск – это возможность доказать, что в новых условиях, слегка обновив тактику и играя по существенно иным правилам, «Единая Россия» и власть в целом в состоянии добиваться победы.

Другое мнение

Александр Кынев, политический аналитик:

– Есть ли шансы, что прямые выборы губернаторов будут более-менее честными? Правила проведения выборов глав регионов уже являются нечестными. Как можно говорить о честности выборов, если правила глубоко антидемократичны?! Я неоднократно говорил: в том виде, в котором закон написан, его реализовать невозможно. Он не применим на практике, такие конструкции не живут.

Если человеку на ноги прицепить гири, надеть на ноги мешок, и еще опутать вокруг ниткой – понятно, что он не побежит. Это как раз про закон о прямых выборах. Там количество фильтров превосходит все пределы разумного, и реализовать этот закон, даже для официальных кандидатов, можно только через административный ресурс.

Другими словами, только через силу, что называется, скрипя зубами.

«СП»: – Почему тогда мы наблюдали попытку переназначить всех губернаторов, кого возможно, перед тем, как закон о выборах вступит в силу?

– А это из области психологии. И фильтры, и переназначения – это от нагромождения страхов. Когда человек подвержен фобиям, он начинает вести себя неадекватно. Скажем, люди, которые боятся простудиться, надевают на себя десять свитеров, сверху шубу. Переназначения – из той же оперы. Это от неверия, что фильтры спасут от реальных проблем.

От реальных проблем, действительно, не убежать. Например, от объективного развития экономической ситуации в мире – а Россия часть этого мира. Как известно, «Титаник» тонет одновременно, а не каютами по отдельности…

Понятно, что нынешняя схема избрания глав регионов долго жить не может. Мы, конечно, понаблюдаем электоральные конвульсии под видом выборов. И мне заранее жаль и избирательные комиссии, и администрации глав регионов. Им предстоит настоящая электоральная экзекуция.

Но, думаю, без больших скандалов выбирать губернаторов не получится. Думаю, все это подсознательно понимают. На излете Советского Союза, на первых свободных выборах народных депутатов СССР, проводились предвыборные собрания, на которых представители трудовых коллективов фильтровали кандидатов. Продержалась эта схема ровно одну избирательную кампанию. Ее применение привело к массе скандалов, к недопуску популярных людей, к махинациям. Кончилось тем, что в 1990-м на выборах народных депутатов РСФСР никаких фильтров не было.

Нынешняя схема тоже слишком тяжела и неработоспособна, чтобы жить.

Кто сейчас у руля

Губернатор Белгородской области - Евгений Савченко, 62 года.

В октябре 1993 года был назначен, а в декабре 1995 и мае 1999 гг. избран главой администрации Белгородской области. В мае 2003 года был избран губернатором Белгородской области. 16 июня 2007 года по предложению Президента РФ В.В.Путина был вновь наделен полномочиями губернатора.

Губернатор Амурской области - Олег Кожемяко, 50 лет

Губернатор Амурской области с октября 2008 года. Последние восемь лет работает в различных органах власти: советником — в Администрации Президента, губернатором — в Корякском АО, депутатом — в Законодательном собрании Приморского края и сенатором — в Совете Федерации. До этого руководил «Преображенской базой тралового флота».

Губернатор Брянской области – Николай Денин, 54 года

Победил на губернаторских выборах в декабре 2004 года. В первом туре за него проголосовали 44,77%, а во втором — 77,83 %избирателей.

В октябре 2007 года депутаты Брянской областной Думы, рассмотрев представление президента РФ В.В. Путина, приняли решение о наделении Денина полномочиями губернатора на следующие пять лет.

Губернатор Новгородской области – Сергей Митин, 14 июня ему исполнится 61 год

На должность губернатора был назначен в 2007 году. До этого на протяжении девяти лет был заместителем министров экономики, промышленности, сельского хозяйства. Печать