'Болотный протест': Юбилей или годовщина?

В начале декабря российская "болотная" оппозиция намерена отметить годовой юбилей. За прошедшие почти 12 месяцев оппозиционеры настолько поверили в свою крутость, что окончательно утратили всякую связь с реальностью, превратив обсуждение юбилейной акции в коммунальную свару.

В свежеизбранном Координационном совете оппозиции, получившим право говорить и решать от имени всего протестного люда, не пахнет ни единством, ни легитимностью. Члены КС не могут определиться ни с датой проведения акции, ни с её форматом.

Верхом оппозиционного креатива стало проведение аналогии с Юрьевым днём, временем, когда крестьянин мог в поисках лучшей жизни уйти от одного помещика к другому. Куда именно собираются шествовать оппозиционеры с Болотной - не очень понятно. Но идея эта уже вызвала язвительные насмешки со стороны несогласной с такой постановкой вопроса частью оппозиции.
На сегодняшний день в КС вообще нет доминирующей позиции по вопросу отмечания юбилея.

Удальцова, по привычке предложившего провести стотысячный митинг и шествие, подняли на смех, разъяснив вождю болотного пролетариата, что народ устал от митингов. Вариант с шествием без митинга также был подвергнут обструкции, поскольку свидетельствовал об отсутствии у лидеров протеста какой-либо позиции. Впрочем, положа руку на сердце, её и раньше-то было не особо заметно.

Одним словом, мнений было много, предложений - ещё больше, а вот консолидированная позиция отсутствовала как класс. Что не удивительно, поскольку идеология "болотного" протеста явно зашла в тупик.

Планка, установленная декабрьскими митингами на Болотной площади и проспекте Сахарова в декабре прошлого года, оказалась оппозиционерам явно не зубам. Нет, они, конечно, гордились многотысячными акциями, разительно отличающихся от прежних мероприятий оппозиции в сотню-другую участников. Но вот что делать с этими самыми массами лидеры протеста так и не придумали. В итоге, креативный класс походил, посмотрел - да и отошёл в сторону, уступив место профессиональным протестующим с чёткой идеологической позицией, ходящих на митинги с единственной целью: других посмотреть да себя показать. Им, представителям разных идеологических течений, было совершенно наплевать на то, что говорят с трибуны "чужие" ораторы. Так что ни одно из выступлений с трибуны на протяжении всего года нельзя было признать эталонным, вызывающим всеобщее одобрение и воодушевление. А учитывая однотипность выступлений ораторов, на них перестали обращать внимание и случайные зрители.

Опять же, не сказать, что устроители акций не старались сделать протест интересным. Каждый старался в меру своих сил. Сергей Удальцов с маниакальной настойчивостью оккупировал первое, что попадалось на его пути - то фонтан, то телефонную будку... Борис Акунин продвигал философию творческих гуляний по бульварам... так и не получила своего развития идея "белого кольца", проведенного разок "для сохранения мобилизации". Тем же самым завершились и оппозиционные автопробеги, в которых, вопреки ожиданиям оппозиционных лидеров, участвовали не тысячи, а дай Бог сотни "протестных автолюбителей".

Вообще, столичным оппозиционерам не удалось разбудить провинцию. Противникам действующей власти на местах приходилось в буквальном смысле слова разрываться, выбирая между поездкой в Москву и проведением акции у себя дома. В итоге не получалось ни того, ни другого. В регионах митинги оппозиции проходили совершенно незаметно для окружающих, а немногочисленные делегации в Москву терялись в общей массе креативного класса. Исключением стала, разве что, Астрахань - куда вылетел "десант свободы", привлек "людьми из ТВ" около 5000 протестующих, и... в результате о причине протеста (проигравшем выборы мэра и голодавшем Олеге Шеине) забыли через месяц после возвращения "десантников" обратно в столицы.

Пытались встряхнуть своих сторонников и организаторы протестных акций, проводя время от времени ребрендинг своих мероприятий. От митингов "За честные выборы" перешли к "Маршам миллионов". От мирных протестов - к боевым действиям. От стихийного организаторского порыва к специализированной оргструктуре, из выборов в которую устроили целое шоу. Но всё это было по большей части интересно лишь самим "лидерам общественного мнения".

Но самое главное, оппозиционеры легко забывали то, к чему призывали ранее. Да и вообще, объяснять народу, зачем они вновь собираются, становилось всё сложнее. Апофеозом оппозиционного безрассудства стало очередное обсуждение петиции к власти "с набором понятных политических требований". Что-то подобное предлагалось на февральских акциях протеста, вернулись к этой идее и сейчас. Да ещё и воспользовались формулой президента о ста тысячах подписантов, открывающих документу путь в зал пленарных заседаний российского парламента. Ну да, к тем, по поводу которых ещё недавно кричали "Вы нас не представляете".

Как правильно кто-то заметил, по сравнению с декабрём прошлого года ситуация радикально изменилась, а оргкомитет остался. Пока "болотная" оппозиция занималась подсчётом своих "двухсоттысячных" митингов, политическая жизнь в стране действительно претерпела серьёзные изменения. Либерализация политического пространства позволила оппозиции вернуться в легитимное поле, однако наиболее непримиримые, больше всех требовавшие "вернуть выборы", этим шансом так и не воспользовались. Да и не слишком пытались, практически полностью проигнорировав осенние выборы в регионах. А претензии, что власть "опять нас обманула", разрешив регистрироваться всем подряд и размывая тем самым их электоральную базу, воспринимаются уже как насмешка над здравым смыслом.

Единственное, что объединяет прошлогодний и намечающийся ныне митинги - это их непредсказуемость. Как в декабре 2011 никто не мог предполагать, что на площадь выйдет более двадцати тысяч человек, так и сейчас никто не даст гарантии, что оппозиционерам удастся собрать больше тех же 10 000. Печать