Нынешняя власть с помощью выборов не поменяется

Голосование 14 октября показало, что попытки неформальных оппозиционеров закрепиться на низовом уровне безрезультатны. «Страшно далеки они от народа», сказал бы Ленин.

«Нынешняя власть с помощью выборов не поменяется. Это ослу понятно. Но выборы — это поле битвы, и участвовать в них мы будем» — так определяет свою позицию по отношению к выборам Борис Немцов, сопредседатель восстановленной Республиканской партии России (ныне официально называющейся РПР-ПАРНАС). Оппозиции при такой стратегии надо сосредоточиться лишь на отдельных выборах «и не размазывать тонкий слой масла по огромному куску хлеба», как характеризует ситуацию сам Немцов.

Немцов лишь один из представителей (хотя и весьма заметный) тех разнородных сил, которые оказались связаны с массовыми протестами, начавшимися в Москве в конце 2011 года. Масло, которого не хватает для приличного бутерброда и которое надо расходовать экономно, — это новое понимание политических возможностей.

Прошедший в России «единый день голосования» — первые массовые выборы, в которых могли принять участие вновь зарегистрированные партии. Кроме того, 14 октября в четырех регионах впервые состоялись прямые выборы губернаторов. Эти нововведения в российском предвыборном законодательстве фактически стали реакцией власти на массовые протесты зимы 2011/12 года. Это не назовешь уступками в прямом смысле слова (особенно с учетом нынешней волны законодательных ужесточений), но все же на действующем политическом поле появились прежде не существовавшие возможности для политической активности.

На проходящих муниципальных выборах часть неформальной оппозиции, которую принято называть «болотной», фактически сделала ставку лишь на выборы мэра Химок, выдвинув в качестве «единого кандидата» Евгению Чирикову. Согласно официальным результатам, за Чирикову проголосовали 17,1% принявших участие в голосовании.

Победителем стал кандидат «Единой России» Олег Шахов с 47,61% голосов. РПР-ПАРНАС, в руководство которой входят Борис Немцов, Владимир Рыжков и Михаил Касьянов, участвовала в выборах городской думы Саратова и Барнаула. В думу Барнаула, откуда родом Владимир Рыжков, партия прошла, получив 6,5% голосов. В Саратове же проиграла. В губернаторских выборах кандидаты от «болотной» оппозиции (мы пользуемся этим не вполне удачным термином за неимением другого) не участвовали.

Впрочем, и в губернаторских, и в ряде муниципальных выборов заметную активность проявляли независимые наблюдатели — и то, что они становятся непременным атрибутом выборов, в каком-то смысле тоже можно считать следствием тех перемен, которые начались в российской жизни прошлой зимой.

Пробуждение весны

Мысли о том, как превратить протест в нечто большее, чем просто массовые митинги в Москве, появлялись у некоторых оппозиционных лидеров еще зимой. Первым замыслом подобного рода стала попытка добиться роспуска Московской городской думы. С этим призывом, равно как и с идеей вернуть выборы московского мэра, выступил Георгий Чхартишвили (Борис Акунин) еще на первом митинге на Болотной площади. Эта идея дополняла другие высказанные им предложения, в частности о создании Лиги избирателей и о начале серьезной подготовки наблюдателей к предстоявшим президентским выборам — иными словами, партийно не ангажированные граждане Москвы должны были заняться наведением порядка на разных уровнях окружающей их политической среды, включая городскую. Идея перенести протест в провинцию тоже возникала. Однако предпринятые попытки подхода к этому тяжелому и неудобному снаряду достаточно точно отражают сменявшиеся представления оппозиционеров о том, что ценного они могут предложить людям.

Автор: Станислав Кувалдин Печать