В Петербурге из партий уходят лучшие люди

Скандалы в петербургских партиях не утихают. КПРФ, «Яблоко», РПР-ПАРНАС и «Единая Россия» избавляются от балласта и провокаторов, как считают одни, и последних приличных людей, как считают другие. Чем это грозит Петербургу?

Вслед за чисткой в ленинградском горкоме КПРФ, конфликтом в петербургском отделении партии «Яблоко» и потасовкой на учредительном собрании РПР-ПАРНАС, конфликт назрел в местном отделении «Единой России». «Единоросс, при этом не жулик и не вор», как себя называет руководитель Василеостровского отделения партии власти Валерий Федотов, попал в опалу у руководителя исполкома партии Дмитрия Юрьева.

Валерий Федотов известен провокационными постами в «Живом журнале», в которых он обещает уничтожить «Единую Россию», а затем возродить ее, воспользовавшись открытым голосованием в ЦИК партии. Один из немногих членов «Единой России», он идет на контакт с оппозицией и приглашает ее дискутировать на открытых площадках. Один из немногих, он выступает против нашумевших законопроектов об НКО и маркировке СМИ, финансируемых из-за рубежа. Дмитрий Юрьев в «Живом журнале» назвал прогрессивного однопартийца клоном и клоуном и сообщил, что проект «Валерий Федотов» закрыт. Говорят, что на днях политик будет исключен из «Единой России».

Конфликт в «Единой России» продолжает череду спорных ситуаций в петербургских партиях. В 2009 году в ленинградском горкоме КПРФ началось новое «ленинградское дело» (по аналогии с партийной чисткой 30-х). Последней его жертвой стала депутат Законодательного собрания Ирина Комолова, которую исключили из партии за критику федерального руководства.

Конфликт в партии «Яблоко» начался после выборов Законодательное собрание в декабре. Группа партийцев обвинила лидера петербургского отделения «Яблока» Максима Резника в сговоре с властью и продвижении «своих» кандидатов взамен честно выбранных. Наблюдатели отмечали, что политику уровня Максима Резника тесно в Петербурге, но пробиться на федеральный уровень ему не удавалось из-за противодействия федерального руководства. А когда основатель партии «Яблоко» Григорий Явлинский решил избираться в Законодательное собрание, лидерам партии стало тесно вдвойне. Соратники Максима Резника намекают, что скоро им придется покинуть партию.

В конце концов, в июле 2012 года группа молодых активистов во главе с Андреем Пивоваровым не смогла избраться в политический совет возрожденной Республиканской партии, которая слилась с «Партией народной свободы». Учредительное собрание петербургской ячейки закончилось потасовкой, а в политический совет избрались люди в основном пенсионного возраста.

Партийные скандалы в Петербурге отражают неприятную тенденцию – в нашем городе все меньше пространства для реальной политики, которая, как известно, заставляет извечных врагов заключать перемирия и вступать в коалиции. Грызня внутри петербургских партий (а не между ними) ведет к снижению значимости города на федеральном уровне. Уже сейчас федеральные политики, отчаявшись собрать дееспособный актив в нашем городе, практически не уделяют ему внимания. Приезжие политтехнологи воспринимают Петербург как заправскую провинцию и получают карт-бланш на любые действия по усмирению местного актива. После выборов продолжается партийная грызня.

Федеральные политики от Алексея Навального до Владимира Жириновского не льстят, когда говорят, что Петербург – особенный город. Если посмотреть на петербургскую политику глазами москвичей, вырисовывается удручающая и совершенно недоступная пониманию картина. Везде политику принято ассоциировать с бегом. Петербургская политика – это как минимум керлинг, причем не благополучный скандинавский керлинг в шапочках и веселых свитерах, а суровый заполярный керлинг, где спортсменам месяцами не платят зарплату, и они грызутся за последнюю швабру. Петербург как родина трех революций и двух президентов требует к себе особого внимания, нередко скатываясь в политический снобизм уровня, с которым не сравнится даже элита Садового кольца.

Чего ждать с таким отношением, независимо от того, идет ли речь о коммунистах, либералах или консерваторах? Когда в России сменится власть, и понятие «питерские» перекочует со станиц газет в учебники истории, о Петербурге никто не вспомнит. Годы варки в собственном соку создали стереотип о политике из Петербурга. За каждым петербуржцем в новой политической системе пойдет шлейф из обвинений в предательстве и ссор с Москвой. Иных будут обвинять, что они обязаны своим положением фаворитизму прежнего руководства, которое хорошо относилось к землякам. Условный политик из Екатеринбурга окажется в выигрышном положении по сравнению с политиком из Петербурга. А у нас, как и прежде, будут грызть друг друга на пустом месте.
Печать