Избиратели устали от казенных, бесконечно переизбираемых лиц

Константин Янкаускас — житель московского района Зюзино, член Объединенного демократического движения «Солидарность». На выборах в органы местного самоуправления своего района он сумел победить, несмотря на противодействие местных властей.

— Что подтолкнуло вас к тому, чтобы принять участие в выборах депутатов муниципального собрания?

Я давно занимался проблемами моего района Зюзино и, будучи депутатом, могу решать эти проблемы более эффективно. Но главная причина, по которой я выдвинулся сам и призывал других выдвигаться в депутаты муниципальных собраний, — это четкое понимание того, что с местного самоуправления как раз и начинается демократия.

Если массовые митинги, партии, борьба на выборах в федеральные органы власти являются, образно выражаясь, «крышей» и «верхними этажами», то фундамент демократии — это местное самоуправление, районные депутаты. У нас в стране и в городе местное самоуправление является забитым и беспомощным, потому что там мало активных, энергичных людей. Районный депутат должен не «отбывать номер», а быть на деле представителем интересов жителей своего района.

— Как проходила ваша избирательная кампания? Были ли со стороны властей случаи административного давления, нарушения закона?

У меня в Зюзино по сравнению с другими районами ситуация была относительно спокойной. Мне нужно было собрать 49 подписей, для того чтобы быть зарегистрированным в качестве кандидата. Я собрал 88. Разумеется, я был готов к тому, что подписи могут признать «недействительными», планировал в этом случае привести в суд людей, подписывавшихся за меня, чтобы они подтвердили свою поддержку. Но меня зарегистрировали.

Прессинг начался на стадии агитационной кампании. В районной газете печатали большие интервью с некоторыми кандидатами, но в них они фигурировали не как кандидаты в депутаты муниципального собрания, а как, например, директор заочной школы или как физрук, тренер спортивного клуба. У нас, независимых кандидатов, разумеется, не было такой возможности. Мы были в заведомо неравных условиях. Вся эта незаконная агитация, разумеется, по факту печаталась за государственный счет, из средств избирательного фонда не оплачивалась.

Листовки, которые я клеил, срывались дворниками. Эти же дворники расклеивали листовки моих конкурентов. Я, соответственно, в ответ срывал их листовки.

Основные нарушения произошли 4 марта, в день голосования. В соседнем избирательном округе на одном из участков, с которого долго не везли протокол, приписали кандидату от администрации 70 голосов, и этот кандидат обошел независимого.

У меня на одном из участков обнаружили на 27 бюллетеней больше, чем должно было быть. Собесы совершенно незаконно обзванивали людей с предложениями голосовать на дому, и на каждом участке был составлен список из 60 человек для голосования дома. Если бы не было наших наблюдателей, которые не взяли бы процесс голосования на дому под плотный контроль, то совершено понятно, что на каждом участке мы получили бы по 60 дополнительных голосов за кандидата от администрации — члены УИК подсказали бы гражданам «правильный выбор».

Территориальная избирательная комиссия встала на сторону участковых комиссий и отказала в удовлетворении всех жалоб, не стала изучать даже наши видеоматериалы, свидетельствующие о нарушениях. Мы по всем случаям нарушений будем судиться, несмотря на то что я прошел на выборах, будем требовать расформирования избирательных комиссий, нарушавших закон.

— Кроме вас на муниципальных выборах победили и другие независимые кандидаты: Вера Кичанова, Максим Кац, успешно переизбрался оппозиционный активист Михаил Вельмакин. Да и в целом «Единую Россию» серьезно потеснили на московском муниципальном фронте. В чем причина такого электорального феномена, почему москвичи все более охотно голосуют за новое поколение политиков и гражданских активистов?

Я строил кампанию на том, что говорил людям: «Я, как и вы, не знаю, кто такие нынешние депутаты муниципального собрания, чем они знамениты, чем они полезны». Как в России проходят выборы такого уровня? Висит унылый плакат с тетками-директрисами: казенные фотографии, казенные биографии… И тут наконец появились новые люди, которые к тому же очень правильно ведут предвыборную кампанию: ходят и общаются с избирателями, сами, лично, распространяют листовки.

Избиратели устали от казенных, бесконечно переизбираемых лиц. Свою роль, пусть и не решающую, но очень важную, сыграл Интернет: проекты «Наш город», «Сноб», которые акцентировали внимание «рассерженных горожан» на муниципальных выборах.

— Каковы ваши планы в сфере депутатской работы?

Я хочу инициировать несколько общественных кампаний в районе по наиболее болезненным проблемам. Например, территорию одного из зюзинских парков отдали ФСБ. Чекисты там хозяйничают, устраивают пикники, а простые люди, которые лет 10—15 назад ходили туда гулять, сейчас не могут туда нос сунуть. Я хочу провести общественную кампанию, целью которой будет создание в парке рекреационной зоны, где люди смогут отдыхать.

Остро стоит вопрос о сносе пятиэтажек. У нас целая улица состоит из панельных пятиэтажек, построенных в начале 60-х годов. Также району необходимо строительство новой поликлиники.

Это то, о чем я говорил в ходе своей предвыборной кампании. И хотя в нашем муниципальном собрании большинство все еще у «Единой России», при помощи организованного общественного давления — сбора подписей, общественных обращений, моих как депутата обращений — я буду работать над решением этих проблем. Печать