"Тот протокол, который подписали мы, не имел ничего общего с тем, который в итоге был выставлен в интернете"

Сегодня, 27 марта, в Кировском суде слушается дело о незаконном увольнении. Главную медсестру уволили по статье «утрата доверия»: по сути, поставив на репутации пожизненное клеймо. Правда, по срокам утрата доверия произошла как раз тогда, когда медсестра стала совмещать свою работу в стоматологической поликлинике с должностью члена участковой избирательной комиссии, и они не сошлись во взглядах с главврачом.


- На думских выборах в декабре я была членом 486-й УИК с правом решающего голоса, - рассказала бывшая главная медсестра 10-й стоматологической поликлиники Лилия Серебрякова. – К сожалению, пресечь подтасовки не удалось. Больше всего меня впечатлило, что врачи и медсестры нашей поликлиники почти поголовно брали открепительные талоны и приезжали голосовать в поликлинику: наш избирательный участок был организован прямо в ней. То есть люди в выходной день приезжали с другого берега Невы, чтобы проголосовать по месту работы. Насколько я знаю, им за это обещали отгул. Зато мне с моим открепительным проголосовать не дали. Вот не дали, и все. Мне, члену УИК! Знали ведь, что я буду голосовать за коммунистов, а не за «Единую Россию». Впрочем, это ничего не изменило бы, потому что в очередной раз произошла подмена протоколов. Тот протокол, который подписали мы, не имел ничего общего с тем, который в итоге был выставлен в интернете.

Согласно данным системы ГАС «Выборы», на думских выборах 4 декабря «Единая Россия» получила на 486-м участке 60,87 процентов голосов, коммунисты – 10,4, ЛДПР – 12,9, «Справедливая Россия» - меньше 6 процентов. Стоит отметить: это едва ли не единственный муниципальный округ, где в местном самоуправлении нет ни одного единоросса. Так уж получилось, что «Справедливая Россия» оказалась в этих краях популярнее «Единой». Так что голосование на соседних участках, где, весьма вероятно, обошлось без подмены, об этом красноречиво свидетельствует. 485 участок: 24 процента у СПРО, 28 – у ЕДРО. 487 УИК – 30% у справедливороссов, 21% - у «Едра». 488: 28 процентов – «Справедливая», 25 – «Единая». На этих участков не было такого потока открепительных, как на пресловутом 486-м.

Так уж получилось, что председатель УИК сидел в территориальной комиссии до пяти утра, хотя голоса были посчитаны еще в полночь. Сопровождать его женщины не поехали, а зря. Так что, поскольку факт подмены протокола, не был оформлен должным образом: у рядовых членов УИК не осталось ничего кроме воспоминаний о цифрах в первом протоколе. Сфотографировать его они не успели. Так что обвинять руководство участковой комиссии в подлоге мы не будем. Пусть это останется на их совести.

В следующий раз, на президентских выборах 5 марта, Серебрякова работала уже в соседней, 485 комиссии. Подсчет голосов завершился в 22 часа. Путин без особых проблем набрал более 50 процентов голосов, так что при подсчете никаких заморочек не возникло. Правда, сама Серебрякова в это время числилась уже безработной. И не просто безработной – а с отвратительной записью в трудовой книжке: «Уволена в связи с утратой доверия». Это клеймо на всю жизнь, которое никогда не позволит женщине найти хорошую работу.

- А ведь главврач предлагал мне уйти по собственному желанию, - вспоминает Серебрякова. С тех пор как он пришел на это место, из поликлиники уже 18 человек ушло. И под моим креслом он стал подкапывать совершенно очевидно. Но я не хотела увольняться, у нас в последнее время стала очень хорошая зарплата. Да и с чего мне было увольняться, если я работают без нареканий в этой поликлинике уже 13 лет. Но главный врач заявил, что уже нашел человека на мое место и что для меня же будет лучше, если… Тогда я ушла в отпуск, а оттуда – на больничный, потому что здоровье в результате этого психологического давления действительно пошатнулось. Когда вышла с больничного, в поликлинике сразу началась инвентаризация.

Дальше, по словам Серебряковой, события развивались так. В инвентаризации она приняла посильное участие и даже выявила пропажу двух литров спирта, о которых поспешила заявить, пока ее не обвинили в краже. Заявление со скрипом приняли. Через несколько дней спирт нашелся сам собой. Еще через два дня инвентаризация была закончена: по ее итогам, на складах поликлиники недоставало товаров на 520 тысяч, зато обнаружились излишки на 408 тысяч. Любой человек, имеющий схожий опыт работы, скажет, что ситуация рядовая. Серебрякова потребовала, чтобы был составлен акт, который она, так и быть, подпишет. Акт составлен не был. Была только опись вещей и лекарств со склада. И эту опись постоянно приносят на суд в качестве вещественного доказательства. Немудрено, что процесс затягивается, и заседания откладываются. А недавно к Серебряковой снова пришли представители главврача и попросили прекратить судебную тяжбу в обмен на «чистую» трудовую. На вопрос: как же можно теперь отменить запись в трудовой книжке без решения суда, юристы туманно ответили, что «было бы желание». Но бывшая главная медсестра на компромисс не пошла.

Уголовным дело ее тоже пугали. Правда, с момента окончания инвентаризации прошло уже 4 месяца, а сотрудники ОБЭПа до сих пор гоняют Серебрякову из своих кабинетов, куда она приходит справиться: возбудили ли против нее дело или нет. «Вы все узнаете на суде,» - говорят ей. «Это тоже часть психической атаки: мучить неизвестностью», - говорит «растратчица».

Стоит отметить, что руководство поликлиники ни разу не заявляло прямо, что карьера у медсестры не сложилась из-за ее политических взглядов, и все могло быть иначе, прояви она большую сговорчивость. Наверное, понимало, что договориться не удастся.

Степан Маленцов, секретарь незарегистрированной партии «Рот Фронт», вступившейся за медсестру, высказал опасения в связи с тем, что дело рассматривает судья, который уже якобы неоднократно отказывал партии в регистрации. Впрочем, за все время процесса судья ни разу не поинтересовался партийной ориентацией истицы. Официально это дело не имеет никакого политического подтекста.


Нина Астафьева Печать