Малые партии получили право на жизнь

Президентские поправки в закон "О политических партиях", которые позволяют регистрировать партию в 500 человек, сокращая действующий до сих пор численный минимум в 80 раз, прошел 23 марта третье, окончательное, чтение в Госдуме. За них проголосовали все фракции нижней палаты парламента.

Не сбылись прогнозы тех, кто, по словам председателя Комитета Госдумы по общественным объединениям и религиозным организациям либерал-демократа Алексея Островского, "предрекал" этой законодательной инициативе Дмитрия Медведева "трудную судьбу". Полутысячный партминимум, определенный либеральной концепцией законопроекта, устоял. Хотя посягательства на него со стороны думской оппозиции были.

Активнее других предложение об увеличении минимальной нормы по числу партийцев отстаивали депутаты фракции КПРФ. Такая позиция коммунистов могла показаться странной. Ведь семь лет назад, в ноябре 2004-го, когда Дума принимала закон о повышении численного партминимума до 50 тысяч человек, именно КПРФ заступилась за "партии-невелички". "Отжать мелочь" - плохая задумка, говорили тогда коммунисты, называя подобный подход "механистическим" по отношению к сложнейшим организмам, которым имя - гражданское общество. Теперь же недовольство коммунистов вызвал обратный процесс - возвращение к политической жизни малых партий. Кто-то поторопился предположить, что КПРФ боится конкуренции. Однако Анатолий Локоть, выступая от фракции на пленарном заседании Госдумы, подобные подозрения опроверг, заявив, что "крупной политической партии - такой, как КПРФ, - не страшны подобные изыски, если, конечно, выборы будут честными. "За нами 12 миллионов избирателей", - напомнил Локоть. По его словам, фракция проголосует за законопроект в том числе и потому, что не хочет "давать повода придворным комментаторам" заключить, что КПРФ сомневается в своих силах. Тем не менее Локоть предупредил тех, кто хочет зарегистрировать новые партии, чтоб не строили иллюзий и не ждали, что закон "откроет им ворота". В нем, по мнению коммуниста, "много подводных камней, и кого захотят остановить, того остановят, а получат ярлык для регистрации только те, кто лягут под Кремлевскую стену".

"Преимущество получат только те, кто пользуется административным ресурсом, - уточнил Локоть. - А работать будут в основном действующие партии, которые имеют политическую основу". Зато, как полагают коммунисты, появятся партии для решения коммерческих вопросов, партии, которые будут торговать партийными брендами, партии-фантомы, "которые будут использоваться политтехнологами для борьбы с крупными политическими партиями".

Лидер фракции "Справедливая Россия" Сергей Миронов допустил, что "при желании" в законопроекте "действительно можно найти некие подводные тайны". Но не разделил пессимизма "товарища из фракции КПРФ" по поводу Кремлевской стены, от близости к которой, как полагает Локоть, зависит возможность зарегистрировать партию. Миронов уверен, что "действительно мы сначала получим очень много якобы существующих партий". "Якобы - потому что де-юре они могут существовать. А вот де-факто - это, конечно, уже решение избирателей", - заметил лидер думских "справороссов". И пояснил, почему фракция все-таки голосует за законопроект в третьем чтении, несмотря на то, что большинством не было поддержано ее предложение об "электоральном фильтре". Он предполагает, чтобы новые партии шли на федеральные выборы, доказав прежде свою состоятельность на муниципальных и региональных. Оказывается, фракция сознательно не стала настаивать на этой поправке, "чтобы даже тени сомнений не было", что "справороссы" пытаются "затормозить реальную политическую конкуренцию".

"Пусть будет много партий, многообразие пусть будет", - согласился лидер ЛДПР Владимир Жириновский, кому конкуренция тем более нипочем. Либерал-демократы ее испытали в 1995 году, когда в думских выборах участвовали 43 избирательных объединения. "Пусть будет в два, даже в три раза больше, реально пятипроцентный барьер преодолевают пять-шесть, пусть семь партий", - полагает Жириновский. Но, по его мнению, далеко не все новые партии пойдут на выборы - "конечно, честолюбие играет, однако очень много людей будут сидеть дома со свидетельствами о регистрации". Сам факт принятия президентского законопроекта лидер ЛДПР оценил с несвойственной ему торжественностью - как "праздник политической демократии". И не увидел проблемы в том, что кто-то выражает по этому поводу неудовлетворение. "Недовольные всегда будут, - заметил Жириновский, предположив, что если на следующих выборах депутатов Госдумы в декабре 2016 года "при наличии ста партий", в бюллетене будет графа "против всех", она наберет большое количество голосов". "Тысяча партий будет, - народ скажет: "не хочу эту власть". Это уже в крови", - пояснил Жириновский. Тем не менее он уверен, что в думском зале будут все-таки сидеть только те партии, которых выберет народ.

В прозорливости избирателей - даже при повышенной многопартийности - не сомневается и лидер фракции "Единая Россия" Андрей Воробьев. Он убежден, что "граждане страны за 20 лет очень хорошо научились разбираться в политиках" и смогут разглядеть среди претендентов на власть "мошенников, безответственных людей".

Ценность президентской инициативы Воробьев видит не только в том, что теперь каждый гражданин страны, если у него есть желание, если он не равнодушен, ведет за собой ответственных и уважаемых людей и имеет программу, претендующую на то, чтобы решить те проблемы, которые волнуют миллионы россиян, может свою создать партию. Важно, по мнению Воробьева, что инициатива президента "объединила всех нас и оппозицию, и так называемую несистемную оппозицию". "Пожалуй, впервые в истории современной России мы консолидировано принимаем решение по политическому законопроекту", - подчеркнул Воробьев.

Историчность момента, вероятно, ощущали и представители непарламентских партий, участвовавшие в дискуссии при первом чтении законопроекта и вновь получившие возможность сказать свое слово с думской трибуны. Правда, член Центрального политсовета партии "Патриоты России" Сергей Глотов проявил скромность и огласил позицию однопартийцев с места - для экономии времени. "Патриоты" были удовлетворены тем, что Дума поняла их беспокойство по поводу партийных названий и приняла норму, не допускающую в этом чувствительном вопросе никаких повторений и смешений.

Лидер "Правого дела" Андрей Дунаев тоже не хотел тратить время на проход к трибуне. Но спикер палаты Сергей Нарышкин его уговорил: "Такая возможность…" Дунаев похвалил будущий закон за то, что он "расширяет политическое пространство" и "уже в ближайшее время те люди, которым было тесно в нынешней политической модели, получат возможность самореализовываться". Однако попросил депутатов не останавливаться на этом и рассмотреть поправки в уголовное законодательство "по ужесточению наказаний за нарушения в сфере избирательного процесса".

Председатель партии "Яблоко" Сергей Митрохин похвалил Думу за ускоренное принятие президентской инициативы, позволяющее новым партиям уже нынешней осенью участвовать в региональных выборах. И за "определенный комфорт, который создан партиям для оформления документов - им дается "исправительный срок". Однако предупредил об опасности: "Множество партий, если им не позволить объединиться в блоки растащат голоса избирателей и огромное количество избирателей останутся за пределами 5-процентного барьера".

Лидер Левого фронта Сергей Удальцов, как и другие, пока еще беспартийные, представители оппозиции, к думской трибуне допущен не был, слушал с балкона, что говорят другие. Но потом перед телекамерами заявил: "Мы приветствуем принятие этого законопроекта, как первого шага в реформе политической системы, но без дальнейших шагов мы будем считать ее неполноценной, имитационной". Следующий шаг- разрешение на создание блоков. Удальцов подтвердил готовность оппозиции "к продолжению диалога с властью, равноправного диалога", однако предупредил, что "участие в рабочей группе по доработке политреформы и приглашение в Госдуму не означают снижения уличной активности". Печать