Военные пойдут на участки нестроевым шагом. Голосование в воинских частях не станет полигоном фальсификаций, обещает Минобороны

Подавляющее большинство из 1,5 млн. российских военнослужащих и членов их семей будут голосовать 4 марта на обычных избирательных участках. Но 100 тысячам военнослужащих предстоит проголосовать на 130 избирательных участках, организованных командирами частей. Эти участки находятся либо на территории закрытых образований, либо в труднодоступных местах. Там, скорей всего, будет минимизировано количество наблюдателей, и точно не будет веб-камер. Независимые эксперты считают: уместно говорить если и не о прямом, то опосредованном давлении на военных-избирателей.

Досрочное голосование в Вооруженных силах идет с 17 февраля. За это время проголосовало 2600 человек. «Это, к примеру, те, кто будет 4 марта нести боевое дежурство в ракетных шахтах и на подводных лодках», - сообщил 29 февраля советник министра обороны Василий Волков. 22 февраля более 500 моряков-тихоокеанцев, выполняющих боевые задачи в Аденском заливе, досрочно проголосовали при дипломатическом представительстве России в порту Джибути.

Что касается закрытых избирательных участков, то присутствие на них наблюдателей упирается в закон. «Мы имеем дело с конкуренцией законодательных норм, - говорит Волков. - По закону о выборах наблюдатели имеют право присутствовать на всех 96 тыс. избирательных участках, по закону о гостайне, допуск на объекты, подпадающие под действие этого закона, ограничен». При этом, по словам Волкова, международные наблюдатели почему-то больше всего хотят попасть в ЗАТО, воинские части и следственные изоляторы. «Видимо, рассчитывают, что там будет много нарушений, - говорит советник министра обороны. - Но там как раз минимальное количество нарушений». Наблюдателям будет разрешено присутствовать на закрытых избирательных участках, но только после согласования их присутствия с командованием воинской части. Кроме того, Минобороны рекомендуют командирам закрытых частей устраивать избирательные участки где-то на нейтральной территории, но есть и части, само место дислокации которых является секретным.

Не будет на закрытых участках и веб-камер. «В соответствии с постановлением Центральной избирательной комиссии размещение таких веб-камер на закрытых избирательных участках не предусматривается», - констатировал Волков.

Основная часть военнослужащих, в том числе и солдаты-срочники, будет голосовать на общих избирательных участках. «Мы ориентируем командиров, что выборы - это праздник. В этот день не будет подъема, построения, но при этом мы не собираемся ломать распорядок дня. Если в 13.15 у военнослужащих перерыв на обед, то будет обед», - говорит Волков. Минобороны приказало командирам воинских частей проводить голосование на гражданских избирательных участках с распределением по времени, чтобы не мешать работе избирательных комиссий. «Представьте обычный участок – люди приходят, голосуют, а тут разом сто человек придет строем. Так вот, никаких строев не будет. Приходить на выборы военнослужащие будут малыми группами», - пообещал Волков. Более того, «там, где это возможно» срочников отправят в увольнение.

В Минобороны утверждают, что помнят: выборы – это добровольное (то есть не обязательное) волеизъявление граждан. «Никаких команд, указаний и вопросов по использованию административного ресурса не должно быть, - успокоил советник министра. - Мы просили командование, чтобы в этот день не было никакого давления и насилия».

Правда, независимые эксперты считают, что давление на волеизъявление военнослужащих все равно останется. «Голосование на участках в воинских частях – это то же самое, что голосование в СИЗО и онкологических центрах, - считает эксперт Ассоциации «Голос» Андрей Бузин. - Давление на избирателя там не столько прямое, сколько опосредованное: когда над тобой стоит начальник, попробуй не проголосуй как надо». По его мнению, в этом отношении нет сильной разница между закрытым и открытым голосованием военных, так как солдаты чаше всего ходят на участок группами и в сопровождении. Кроме того, как отмечает Бузин, в воинских частях искажен информационный фон, а это может влиять на результаты выборов. «Я уверен, что сводных плакатов со сведениями о кандидатах в воинских частях нет, а вот статьи Путина все собраны в «красных уголках», - пояснил эксперт.

Бузин отмечает, что возможности фальсификаций при голосовании военных ограничены хотя бы в силу немногочисленности контингента. Полтора миллиона военнослужащих – это около 1,5% от общего числа избирателей, а 100 тыс. волеизъявляющихся в частях – не более 0,2%. Впрочем, эксперт отмечает, что списки на закрытых участках недоступны для проверки, поэтому «никто не знает точно, сколько там человек, кто и на каких основаниях туда вносится». Печать