«Комсомольская» экономия

Рынок «прокремлевских молодежных движений» вскоре ждет передел. Самое известное из них движение «Наши» и вовсе могут расформировать. Оно в общем и правильно - «комсомольцы» в ходе протестных выступлений оказались бесполезны. Только вот признавать, что семь лет там была банальная «распилочная» - нехорошо.

Судьба прокремлевских молодежных движений под вопросом. По информации источника газеты «Известия» в партии власти, не исключено, что движение «Наши» прекратит свое существование. Засомневался источник и относительно будущего молодежного форума «Селигер».

В самих «Наших» опасения источника ожидаемо не подтвердили, рассказав, что подготовка к форуму уже идет, а сами активисты работают как обычно и даже готовятся к какой-то очередной акции. Что не отменяет того факта, что назначение бывшего лидера «Молодой гвардии» Тимура Прокопенко куратором «молодежки»в администрацию президента объективно ослабляет позиции агентства по делам молодежи, которое благоволит именно «Нашим». Глава ведомства Василий Якеменко (тоже с известной нежностью относившийся к «Нашим» и форуму «Селигер») покинет вскоре свой пост.

Объективно «Наши», их спойлеры и прочие провластные клоны (тот же МГЕР, если уж на то пошло) доказали полную неспособность сделать то, что считалось их основной целью и естественным политтехнологическим преимуществом.

Когда после декабрьских выборов на антивластные митинги в столице начали собираться сначала тысячи, а потом и десятки тысяч человек, выяснилось, что убедительно сыграть поддержку власти менеджмент движений обустроить, а рядовые активисты сыграть не в состоянии. Уже на Триумфальной площади 6 декабря — через два дня после парламентских выборов — провластные активисты выглядели неубедительно (полиция, которая тогда задержала несколько сот протестующих, действовала куда как эффективнее), а на «антиболотные» мероприятия их просто могло не хватить.

И уже «поклонную поддержку» новый куратор внутренней политики Вячеслав Володин решил демонстрировать иными средствами, напоминающими столичные акции «лужковского разлива» - когда на мероприятие сгоняется уже не молодой люд, а вообще все, до кого в состоянии дотянуться административная машина.

В этом смысле «усекновение "Наших"», буде таковое произойдет, не является однозначным позитивом. «Комсомол имени Якеменко» при всей его эстетической спорности все-таки был «сложно (с ударением на слово «сложно») наведенной галлюцинацией». Если забыть об уровне исполнителей, то получается даже в чем-то симпатичная — уж точно в своей пещерной дикости — структура. Как бы много разнообразных движений, соревновательность, плюрализм (в очерченных рамках, разумеется) и даже заявка на некую «новую элиту» в лице пары-тройки депутатов Госдумы.

Володинские «пропутинцы» на Поклонной горе выглядят еще менее креативно и совсем уж линейно. Никаких чувств уж точно не возбуждают.

Если те же средства (как то можно предположить из назначения менеджера младогвардейцев Тимура Прокопенко), которые до чего тратились по статье «молодежная политика», будут просто пропущены через АП и влиты в МГЕР, то небольшой рынок под названием «провластные молодежные движения» ждет лишь банальная монополизация.

Есть два очевидных «но» против быстрого и простого «убийства» «Наших». Первое: бюджеты традиционно верстаются на год, и если в предвыборный период серьезных изменений не произошло, то до конца года «Наши» смогут существовать самостоятельно.

Второе: движение обладает наибольшей известностью среди всех «молодежек» в стране. По данным опроса «Левада-центра», проведенного в январе 2011 года, о «Наших» знали 31 процент опрошенных. Правда, разделяли их цели и задачи только 3 процента, а у двух третей опрошенных движение не вызывало вообще никаких чувств. Любой ребрендинг прикончит известность и даже ту минимальную долю доверия, которую младокомсомольцы уж непонятно как, но наработали.

Есть и еще одно обстоятельство: бренд «Молодая гвардия Единой России», при условной связи с «материнской» партийной структурой, все-таки является не меньшим, а в чем-то даже большим аллергеном. Все-таки есть в названии то самое «ЕР». А поскольку ныне даже идут разговоры о ребрендинге или вообще реформе самой «партии власти», то и за будущее МГЕР впору опасаться.

Сама мысль об отказе от почти бессмысленных, но имиджево «токсичных» структур, которая витает где-то над путинским штабом, отказавшимся от всяких ассоциаций с «партией власти», кажется здравой.

Вопрос в том, что никакой ребрендинг автоматически не означает появления в повестке содержания.

Покуда имеется «партия бюрократии», то как ни назови ее — хоть в ПЖиВ официально переименуй — получится то же самое бессмысленное нечто, годное лишь для автоматической штамповки законопроектов и освоения средств.

Если есть «движение для организации массовых сборищ и пикетов с правильными лозунгами», то неважно, как оно называется «Наши», «Солидарность» или «Союз православных хоурвеносцев», больше ни на что, кроме заявленных целей оно не будет способно. Как неспособно оно будет и к самостоятельному — вне огороженной поляны — существованию. Чем «Наши» отличаются от своего предшественника - «Идущих вместе»? Ничем, кажется. Таким образом и «пост-Наши» (в виде МГЕР или кого-либо еще) будут с почти стопроцентной вероятностью копировать своих предшественников.

Поверить, что власти могут содержательно пересмотреть свою политику в сфере работы с молодежью пока сложно.

Так и будут у нас «комсомол», «стройотряды» и «пионерлагеря» с «зарницами» - просто чиновники никаких других моделей себе не представляют.

Однако же можно сделать еще один вывод хотя бы и из разговоров о возможном обнулении кремлевских молодежек. Был Якеменко — были «Наши», нет Якеменко и сразу к движению возникают вопросы.

Получается, что фигура одного конкретного управленца влияет на оценку успешности всего проекта. И как только он теряет доверие, то и курируемый им блок перестает восприниматься в качестве успешного.

С последующими неизбежными последствиями в виде дальнейших кадровых перестановок, перераспределения бюджетных средств и прочих потоков.

Однако, убив «Наших», власти распишутся в неприятном: семь лет тратили деньги просто впустую, и не вырастили никакой лояльности власти в молодежной среде. Как бы даже не наоборот. Демонстрировать «а вот тут у нас была распилочная, которую мы теперь закрываем» все-таки нехорошо, даже если в Кремле сменился куратор внутренней политики.

Печать