Андрей ПИОНТКОВСКИЙ: Второй тур президентских выборов неизбежен, и власть на него пойдет

Сегодня России нужен технический президент на переходный период. Человек, который в ближайшие годы проведет демократические реформы, а потом уйдет в отставку, после чего последуют честные выборы парламента и нового главы государства. Однако обществу навязывается другой сценарий. Нынешняя тактика властей понятна: Путин популярен, он будет избран, а недовольным мы бросим кость — мол, собирайте подписи, регистрируйте бездну своих партий. Никто официально этого не обещает, но звучат обнадеживающие заверения, что потом, года через полтора–два, может быть, и Госдуму нынешнюю переизберем. Так стараются сбить протестную волну. Похоже, что люди, выходившие на проспект Сахарова, этому поверят.

— Что значат перестановки в Администрации президента — прежде всего, уход Владислава Суркова и назначение на его место Вячеслава Володина? Какой тактики в регулировании внутренней политики будет придерживаться последний?

Сурков и Володин, известные у нас как два таких потенциальных Суслова или Геббельса, соперничали давно. Результат, показанный на выборах «Единой Россией», никого в Кремле не удовлетворил. В итоге кресло первого замглавы президентской администрации занял конкурент Суркова, одержавший таким образом аппаратную победу.

Но это внешняя сторона произошедшего. Бывший и нынешний заместитель главы президентской администрации имеют разные точки зрения на стратегию зачистки политического пространства. Первый предпочитал изощренные «разводки», второй же является сторонником грубых, прямолинейных, подчас силовых методов.

В целом Володин всегда был ближе Путину. И его назначение на этот пост, так же как и приход в администрацию Иванова, — довольно циничные ходы. Всем же ясно, что эти люди будут работать уже вместе с Путиным и с этой целью туда идут. Очевидно, что нынешний глава правительства уже чувствует себя в Кремле хозяином.

Недаром он хотел повторить старый ельцинский трюк 1999 года и отправить Медведева в отставку, чтобы иметь возможность лучше контролировать свою предвыборную кампанию. Но в итоге посчитал, что это будет уже слишком. Особенно после случившегося 24 сентября.

Так что назначение Володина говорит о том, что Владимир Владимирович будет вести президентскую избирательную кампанию «без перчаток». Для Путина выборы 4 марта — вопрос жизни и смерти. И если он почувствует, что начинает проигрывать, пойдет на использование силовых методов вплоть до ввода режима чрезвычайного положения.

— Официальные источники сообщают, что Путин сейчас лично пишет свою предвыборную программу. Предполагается, что в ходе избирательной кампании он постарается максимально дистанцироваться от «Единой России», потерявшей доверие граждан. По-вашему, с какими лозунгами он пойдет на выборы?

Предвыборные программы у нас вообще последнее дело. Кто их читает? Почти никто. От «Единой России», к которой прочно приклеился ярлык «Партия жуликов и воров», Путин, конечно, постарается дистанцироваться.

Обещания же его будут связаны с социальной сферой. Так, буквально сегодня появились сообщения о возможности замораживания цен на тарифы ЖКХ на три года, откладывается введение налога на жилье, который предполагалось начать рассчитывать по рыночной стоимости. Будет масса подобных обещаний.

— Валентина Матвиенко в интервью японским журналистам первой из официальных лиц затронула тему возможного второго тура на грядущих президентских выборах, сказав, что в этом нет ничего страшного. Готов ли Путин ко второму туру или он будет любыми способами прорываться к власти через первый?

Реальный рейтинг Путина сегодня — около 30 процентов. И для того чтобы победить уже в первом туре, властям потребуется пойти на совершенно чудовищные фальсификации. Большие, чем на думских выборах. При активной работе наблюдателей. Понятно, что подобное вызовет еще больший всплеск возмущения общества. Полагаю, с помощью разных методов ВВП «добавят» 10—15 процентов в первом туре. Так что второй тур неизбежен, и власть на него пойдет.

— Есть ли в оппозиции человек-лидер, способный составить конкуренцию Путину, ведь буквально на днях тот был объявлен политиком года в России?

Сегодня в обществе активно и всерьез обсуждается вопрос о том, за кого голосовать: за Путина или Зюганова. И очень многие склоняются в пользу лидера КПРФ, потому что Путин страшнее — несменяемость власти, возможное установление пожизненной диктатуры.

Сейчас нам не нужно выбирать себе «национального лидера» или вождя. Политическая фигура такого уровня стране не требуется. Нужен человек, который на протяжении ближайшего года проведет демократические реформы, на которые и намекает власть. А потом он ушел бы в отставку и были бы проведены честные парламентские и президентские выборы. Такой технический президент в переходный период. Эта идея становится популярной.

«Левый фронт» предложил такую роль Зюганову и Миронову. И последний на нее вроде бы согласился. Не может быть, чтобы в 140-миллионной стране не хватало политических лидеров.

— Обещанная властями после декабрьских акций прошлого года либерализация избирательного законодательства реально снизила степень недовольства в обществе или оно сегодня просто заморожено или заторможено праздниками?

Посмотрим, что произойдет 4 февраля, когда оппозиционные силы планируют провести очередную подобную акцию. Думаю, это шествие разрешат, но будет большая морока с утверждением маршрута.

Нынешняя тактика властей понятна: Путин популярен, он будет избран, а недовольным мы бросаем кость — мол, собирайте подписи, регистрируйте бездну своих партий. Никто официально этого не обещает, но звучат обнадеживающие заверения, что потом, года через полтора–два, может быть, и Госдуму нынешнюю переизберем. Так стараются сбить протестную волну. Думаю, что люди, выходившие на проспект Сахарова, этому поверят.
Печать