Нам и не снилось. По мнению экспертов, предстоящие муниципальные выборы будут гораздо грязнее, чем федеральные

Предвыборная кампания еще формально не объявлена, но политики и политологи уже давно спорят, насколько честным будет декабрьское голосование. На обочине внимания остается то, что одновременно с думскими будут избираться депутаты региональных парламентов в 27 субъектах РФ. Плюс намечено порядка 2,5–3 тыс. голосований на муниципальном и местном уровне. По мнению экспертов, самыми грязными грозят стать именно выборы «внизу». Если на федеральном уровне административный ресурс хоть как-то может быть сдержан пристальным вниманием прессы, политиков и наблюдателей, то в муниципалитетах его не ограничивает ничто. Как показали предыдущие кампании, в ход идут любые методы – от детективных приемов с использованием симпатических чернил до плагиата из русской классики с «мертвыми душами». Однако никаких громких разоблачений виновных не последовало.

Скандальное тайное выдвижение Валентины Матвиенко в двух муниципальных округах Санкт-Петербурга, по сути исключившее участие в выборах оппозиции, показало, что арсенал методов достижения заветной цели пополняется. Похоже, смутные иллюзии, которые еще оставались у тех, кто верит в «честные» выборы, окончательно развеялись. Впрочем, и до питерских скандалов выборы на муниципальном уровне как сами кандидаты, так и эксперты называли самыми грязными из всех. Поскольку за всем уследить невозможно, то власти используют на местах полный арсенал боевых средств. В ход идет, как правило, «тяжелая артиллерия», залпы которой в Москве не слышны, а на местах не важны: от нерегистрации кандидатов по самым абсурдным причинам до массовой агитации исключительно за партию власти.

В ходе прошлых избирательных кампаний зафиксированы случаи использования средств из шпионского арсенала и даже бумажек с подсказками, за кого голосовать. Голоса, которые оппозиционный кандидат набрал вечером, утром загадочно исчезали. Пропадали протоколы. Не гнушались представители власти даже плагиатом из русской классики. Например, в Тверской области нашлись последователи Чичикова, которые использовали прием с «мертвыми душами». Вот несколько ярких примеров.

В Самарской области на выборах в октябре прошлого года были зафиксированы массовые случаи использования ручек с симпатическими чернилами, которые, напомним, в нужный момент проявляются, а в ненужный – исчезают. Руководитель самарского отделения Ассоциации защиты прав избирателей «Голос» Людмила Кузьмина рассказала, что такие ручки использовались по расписанию, которое соответствовало потокам избирателей. «Были часы, когда раздавались бюллетени с проявляющимися через некоторое время чернилами, то есть галочка там уже была проставлена, но ее до поры не было видно, – пояснила «НИ» правозащитница. – Избиратель шел, ставил свою галочку, где считал нужным, а она исчезала. И наоборот бывало». Вопиющий случай, кстати, не имел никаких последствий. Приехала прокуратура, МВД, забрали бюллетени, но ни в чем разбираться не стали. Это, подчеркнем, не выдумка, а реальная, зафиксированная правозащитниками история.

В Санкт-Петербурге, за которым сейчас все так внимательно следят, на муниципальных выборах партии власти уже помогали потоп и крысы. Так что ноу-хау уже есть. Депутат муниципального округа «Морской» от партии «Яблоко» Ольга Галкина рассказала «НИ», как таинственно за одну ночь испарились голоса избирателей, несмотря на контроль со стороны наблюдателей. «На наших выборах, когда я стала депутатом, я до 5 утра присутствовала в районной избирательной комиссии, – сообщила г-жа Галкина. – И когда я уходила вечером, то в законодательное собрание проходила я и еще два человека, включая публициста Бориса Вишневского. Уже были подписаны протоколы, у меня все было сфотографировано. Но после того, как я оттуда ушла, уже утром выяснилось, что я стала депутатом, но с меньшим количеством голосов. Голоса куда-то подевались. А два других человека вообще не стали депутатами. Откуда-то взялись совсем другие протоколы».

По словам г-жи Галкиной, когда у комиссии потребовали предоставить те документы, которые были накануне вечером, и все бюллетени, чтобы представить их в суд, то оказалось, что они затоплены канализацией. В здании избирательной комиссии якобы прорвало трубу. В другом муниципальном районе представители избиркома оказались еще более изобретательными. Там, по их версии, документы скоропостижно… съели крысы.

Руководитель депутатской группы партии КПРФ Торжокской городской думы Тверской области Роман Андреев тоже поделился с «НИ» опытом участия в муниципальной избирательной кампании. В 2009 году на выборах в собрание депутатов района коммунисты получили один мандат. Сам г-н Андреев шел по списку партии вторым. Первым был председатель колхоза «Большевик» Алексей Рощупкин. Но в конце 2009 года депутат умер. Передать мандат должны были по закону Роману Андрееву. Но посидеть в кресле депутата ему так и не удалось. «Десять месяцев районное собрание депутатов не выводило умершего коллегу из своего состава, – рассказал Роман Андреев. – Депутаты собирались на заседание и каждый раз говорили о том, что они очень уважают память Рощупкина, чтобы передавать его мандат какому-то там горожанину. Ну просто «Мертвые души» Гоголя! Я жаловался в прокуратуру, ходил по разным инстанциям, прокуратура не один раз выносила представление. Но депутаты его игнорировали. Сделать это было им легко еще и потому, что они собираются раз в квартал. То есть у них за это время было всего три заседания. И только когда их уже приперло, а меня избрали депутатом городской думы, они отдали мандат третьему человеку в нашем списке – послушному сельскому жителю».

Но и после того, как кресло депутата коммунистам передали, в законодательном собрании не успокоились. Его председатель подала в суд на строптивого кандидата за то, что он ущемлял честь и достоинство муниципальных депутатов. «Ущемление» произошло тогда, когда г-н Андреев устроил одиночный пикет с требованием выдать положенный ему по закону мандат.

На муниципальных выборах административное давление сильнее, чем на выборах других уровней, отмечают политологи и сами кандидаты. Так было и так, скорее всего, будет в декабре, поскольку позиции власти выглядят сейчас на местах более шаткими, чем прежде. «На муниципальных выборах гораздо выше конкуренция, – заметила «НИ» директор организации «Голос» Лилия Шибанова. – Там могут попробовать свои силы независимые кандидаты. На федеральных слишком массовое голосование и достаточно трудно повлиять на его результаты какими-то точечными методами. А в районах значительно меньше внимания со стороны СМИ, политиков, партий. То есть меньше прозрачности, больше возможностей. К тому же личные интересы «на местах» задействованы зачастую сильнее, чем в федеральной кампании».

Как следствие, и давление проявляется значительно жестче. Если на выборы идет сильный независимый кандидат от бизнеса, то применяют силовые методы. В первую очередь это давление на бизнес, которому устраивают всяческие проверки. Очень мощное давление идет через бюджетные организации, чтобы люди проголосовали в определенном месте и, естественно, за определенного кандидата. Пенсионерам и инвалидам настоятельно рекомендуют голосовать дома, приносят им избирательные урны, даже если они об этом не просят. Поскольку явка на муниципальных выборах предполагается небольшая, то результаты «квартирных выездов» порой имеют очень большое значение.

Давление идет и в ходе предвыборной кампании. Роман Андреев вспоминает: где бы он ни встречался с избирателями, туда обязательно являлся глава сельского поселения. «Просто глава Торжокского района установил персональную ответственность глав поселений, директоров школ, руководителей медицинских пунктов за результаты на выборах, – пояснил г-н Андреев. – Самое главное, на что он смотрит, – это кто из сельских жителей осмелится прийти на встречу. Кто придет, пусть рассчитывает только на самого себя: ему и дров не будет, если это бабулька одна. Или еще чем-нибудь пригрозят».

Но самая надежная технология, по словам экспертов, это отказ кандидату в регистрации, причем по любому, самому фантастическому поводу. Вплоть до того, что кандидат приходит в банк, чтобы открыть избирательный счет, а там отключают свет. Это тоже реальный факт из практики предвыборных кампаний. «К сдаче документов всегда можно придраться, – отмечает г-жа Шибанова. – А по подписям можно зарубить любого кандидата. Поскольку регистрация осуществляется в избирательной комиссии, которая является далеко не независимым органом, давление осуществляется максимально».

Депутат Ольга Галкина рассказала, как на довыборах в муниципальный совет округа «Морской» Санкт-Петербурга браковали подписи у выдвигавшегося в их команде уже упомянутого выше публициста Вишневского. «В подписных листах стояла подпись «Баранова», но один член избирательной комиссии посчитал, что это «Баронова». А поскольку в официальной базе была Баранова, то подпись вычеркнули». Когда необходимо понизить явку или же допустить только лояльных избирателей, то исчезнуть могут целые избирательные участки. «Были случаи, когда меняли дислокацию избирательных участков, – рассказала Людмила Кузьмина. – Люди пришли голосовать, а участка нет. Он оказался перенесен куда-то в другое место. А куда, никто не сообщил, никаких объявлений не было».

На предстоящих муниципальных выборах административный ресурс будет применен точно не в меньшем объеме, чем раньше, не сомневается руководитель дирекции программ мониторинга избирательных кампаний Независимого института выборов Аркадий Любарев. «Ведь впереди президентские выборы. И «Единой России» нужно продемонстрировать блестящие результаты на любом уровне», – пояснил он «НИ». Косвенным показателем усиления давления, по его словам, является то, что уже идут явные указания на очень высокий процент, который обязана набрать партия власти. Поэтому выборы, скорее всего, будут очень грязные – и в день голосования, и до дня голосования. Печать