Барометр религиозных отношений в России

Правительство РФ отвергло законопроект, предложенный депутатами Народного собрания Дагестана. Они предлагали расширить вмешательство светских властей в религиозную сферу. Например, чтобы губернаторы «принимали участие» в государственной регистрации религиозных объединений. В пояснительной записке к законопроекту говорилось, что это поможет предотвратить регистрацию экстремистских организаций.

Сложившуюся ситуацию прокомментировал политолог, руководитель аналитического центра «Акценты», эксперт Центра ПРИСП Антон Чаблин.

Законопроект, который предложили дагестанские депутаты, – своеобразный барометр религиозных отношений в России. Как соблюсти балансе между свободой совести и необходимостью контроля за религиозной деятельностью в условиях угрозы экстремизма? Правительство России, отвергая законопроект (с чем я полностью согласен) уверено, дальнейшего ужесточения контроля не нужно. По крайней мере, нельзя допускать его сверхконцентрацию в руках чиновников.

Дагестанские депутаты ведь предлагали значительно усилить роль региональных органов власти в регулировании религиозной жизни. А это прямой возврат даже не в советское, а в царское время, когда Священный Синод был одним из гражданских министерств.

Фактически, мы бы стали свидетелями возрождения Советов по делам религий на уровне субъектов РФ, которые получили бы полномочия по согласованию регистрации религиозных организаций и вообще миссионерской деятельности. Но уже сейчас во многих регионах есть Министерства по делам религии. Ну так и достаточно, чтобы контролировать религиозную жизнь и предотвращать радикализацию.

Усложнение механизма регистрации может привести к произвольным решениям местных властей, что в свою очередь может ограничить свободу вероисповедания и привести к преследованию тех общин, которые не вписываются в официальную идеологию или не поддерживают местные власти. А все это облекли бы в оболочку «противодействия радикалам».

Пожалуй, единственное здравое предложение в законопроекте – бессрочный запрет на создание религиозных организаций для лиц, ранее руководивших ликвидированными по суду экстремистскими организациями. Хотя и тут не без подводных камней. Это решение направлено на предотвращение возвращения экстремистов к руководящим позициям в религиозных общинах и выглядит обоснованным с точки зрения борьбы с радикальными настроениями. Однако стоит задуматься о том, насколько эффективно такое ограничение будет работать на практике. Запрет на уровне субъекта может создать дополнительные барьеры для реабилитации и интеграции бывших экстремистов в общество. Печать