Доверие к государству как основной социальный базис

Политконсультант, эксперт Центра ПРИСП Роза Абдулина и электоральный юрист, член адвокатской палаты Москвы Юлия Белоус – о кризисе доверия к власти.

Политконсультант, эксперт Центра ПРИСП Роза Абдулина:

Демократический способ выражения своего мнения – выборы. Но за последнее время институт выборов претерпел ряд серьезных изменений: вроде бы они и есть, а вроде бы их и нет. Есть, потому что выборы все же проходят, а нет, потому что явку с каждым годом становится отрабатывать все труднее. Используемые для решения этой задачи механизмы у людей вызывают массу вопросов.

Проблема расстановки запятых налицо: «нельзя казнить помиловать – нельзя отменять проводить». Люди все понимают, а с учетом смены поколений, понимание становится все яснее и это сказывается на результатах всех процедур: к праймериз интерес низкий, ДЭГ нравится далеко не многим.

Если посмотреть на выборы глазами обычного гражданина. То вырисовывается такая картина.

ВРИО все равно станут губернаторами, их отбирал сам президент. А кандидаты в губернаторы от иных партий скучны и неинтересны в рамках проводимыми ими кампаний. Те, кто мог бы составить конкуренцию не проходят фильтр или их подписи признают недействительными.

На региональных выборах в Заксы конкуренция сохраняется и пока вызывает живой интерес у людей, при том, что в большинстве выигрывают депутаты от ЕР.

Глав муниципалитетов пока еще выбирают, но уже в некоторых регионах стали выбирать по конкурсу, в котором люди не участвуют.
Выборы мундепов олдскульны и проходят живенько с приличной интригой. Но и там скоро примут поправки в 131 ФЗ и депутатов станет в разы меньше, а значит и выборы будут взяты на контроль.

Ментально люди и власть все ещё далеки друг от друга и вина в этом не только схлопнувшейся системы выборов, а привычки «пропадать». Пока понравиться хотел – приходил, говорил с народом, а потом депутата чаще можно увидеть по ТВ, да в соцсетях, а если и приезжает куда, то со свитой и произносит декларативные речи.

А людям хочется тепла, заботы, участия в их жизни и обратной связи. Те главы, депутаты, губернаторы, которые это понимают и уделяют должное внимание эмоциональной сфере человека, проводят много личных приемов, часто выходят в люди, ведут эфиры, честно и открыто отвечают на самые неудобные вопросы живым языком, не увиливая – более популярны и признаются эффективными политиками.

Электоральный юрист, член адвокатской палаты Москвы Юлия Белоус:

Доверие в социологии и психологии – это открытые взаимоотношения между людьми или человеком и субъектом. Получается, что доверие – это акт двусторонний, ну если мы говорим об эффективной коммуникации. Не встречала счастливых семей, где один безгранично верит, а второй подозревает первого во всех смертных грехах. В трудовых коллективах тоже сложно представить ситуацию, когда руководитель к подчиненным со всей душой, они же не верят ни одному его слову.

Государство - это все одновременно: и семья, и трудовой коллектив, и кружок по интересам. Отношения между властью и гражданами в государстве представляют собой весьма сложный комплекс поведенческих моделей, имеющих под собой многовариантную мотивацию. И в этих отношениях, как и в любых других, доверие – это один из базисов, на которых эти поведенческие модели основываются.

Рассматривая тему о возврате доверия граждан к власти, затронутую Розой Абдулиной, представляется, что нельзя обходить стороной и вопрос доверия власти к гражданам. Очевидно, что на данный момент в России доверие отсутствует с обеих сторон.

Юлия Милешкина, в свою очередь, пишет, что результаты выборов в 70 и 80% – это плохо, и с этим сложно не согласиться. Перестать думать, что это хорошо – важнейшая задача нынешней политической системы. Такие результаты, в основном, достигаются высокой включенностью в кампанию административного ресурса.

Говорит ли это о том, что власть доверяет гражданам выбрать лучших из лучших? Или считает, что лучшие могут избраться и с более скромным результатом в процентах?

Пожалуй, нет. Власть считает, что она сама лучше знает, как ей воспроизвестись. Сама, без помощи граждан, для комфортного существования которых эта власть когда-то и была придумана, как важнейший элемент устройства общества. Народ, предполагается, выберет не то и не тех. Этакое размножение почкованием, а отнюдь не естественные роды.

Оба упомянутых автора пишут, что необходимо, чтобы доверие народа вернуть, в этот самый народ идти, с ним разговаривать честно, стать к нему ближе что ли. Постараться информацию о том, как народ живет, получать от него, а не из докладов, отчетов, социологий. Это как «Курчатовские тропинки», когда организованные дороги для пешеходов делают там, где люди сами протопчут себе путь.

Узнать у людей о их чаяниях не из аналитической записки, а от них - это как раз про доверие. Когда люди, не боясь быть неуслышанными, доверяя своей власти, решение своих проблем ей и делегируют. А власть доверяет народу и, прислушиваясь к его просьбам, не обесценивает их, считает важными и исполняет. Вроде как, в гражданском обществе так и задумано.

Когда обе стороны доверяют друг другу, поменьше врут, эффект от такого взаимодействия в десятки раз выше, хотя оно может и строиться сложнее, с усилиями. Но чтобы доверие это получить, может надо сначала это доверие дать?

P.S. Не путать доверие со слепой верой. Это разное. Однозначно. Печать