«Леопарды» как реанимированный символ войны

Политконсультант, эксперт Центра ПРИСП Сергей Преображенский – о том, что стоит за поставками немецких танков на Украину.

Сегодня только самый ленивый не говорит и не пишет о грядущих поставках немецких танков на Украину. Характер высказываний и текстов самый разнообразный – от шапкозакидательства до экзистенциального ужаса. Однако почти везде присутствует искреннее удивление – как они могли?

Между тем, никаких причин для удивления нет. Чтобы понять это, достаточно посмотреть чуть глубже поверхности и немного вспомнить историю.

Очень коротко и емко цель всех действий США в Европе сформулировал Джордж Фридман – основатель и генеральный директор компании Stratfor, которую называют «теневым ЦРУ»: «Исконным интересом Соединенных Штатов, из-за которого на протяжении веков мы вели войны – Первую, Вторую и холодную войны – были отношения между Германией и Россией, потому что, объединившись, они станут единственной силой, которая может угрожать нам. И мы должны быть уверены, что этого не произойдет».

И если вспомнить историю двадцатого века, слова Фридмана становятся понятны. Первая мировая война была отнюдь не войной двух империалистических союзов, как об этом пишут в школьных учебниках. Это была война набирающего силу англо-саксонского транснационального капитала с традиционным государственным устройством. Россия и Германия на тот момент были символами этого самого традиционного устройства. Их сближение не оставило бы англосаксам и примкнувшим к ним французам ни единого шанса. Поэтому в «Сердечный союз» всеми правдами и неправдами затащили Россию. Это печально закончилось для обеих империй.

Вторая мировая выросла из обид и реваншизма. Германия и Россия больше всех потеряли в предыдущей войне. И если экономика СССР возрождалась за счет огромных внутренних ресурсов (хотя и не без американской помощи), то у Германии таких ресурсов не было.

И появление Гитлера с его реваншистскими идеями и одержимостью «дранг нах остен» были для транснационального капитала просто находкой. Война Германии против СССР, чьей бы победой она не закончилась, делала Европу и её колонии легкой добычей. А в случае победы Германии еще и открывала доступ к колоссальным русским ресурсам. В тот раз ставка не сыграла. И был вынужденный союз, и Ялта, и Нюрнберг. А потом была Фултонская речь Черчилля, «железный занавес» и полвека холодной войны. Вот только задачей этого «железного занавеса» была вовсе не защита «свободного мира» от «коммунистической угрозы», а жёсткое ограничение торговли западноевропейских стран, в первую очередь – Германии, с СССР. Иначе весь «План Маршалла» превратился бы в тыкву. И вместо вечного должника-вассала оправившаяся от войны Германия вновь стала бы самостоятельным игроком.

Приведенные выше слова Фридмана были сказаны летом 2015 года. Тогда, после майдана, Крымской весны и начала уже откровенной эскалации на Украине, вполне материальная связь России и Германии в виде «Северных потоков», из которых один уже работал, становилась серьезной угрозой. Прямые поставки российского газа в Германию и остальную Европу в обход Украины сильно осложняли контроль США над экономическими связями двух стран. А учитывая ведущую роль Германии в Евросоюзе – и над экономикой всего Старого Света.

Следовательно, отношения между Россией и Германией нужно было максимально испортить. Сначала в ход пошли санкции – излюбленное оружие США в их экономических войнах. И первыми от этих санкций пострадали германские машиностроительные гиганты. Самый известный пример – скандал с немецкими турбинами в Крыму. Однако сильно на взаимоотношениях двух стран это не сказалось – торговля, немного снизившись в 2016-м, вновь начала расти, СП-1 работал, строительство СП-2 несмотря ни на что началось.

Тогда в ход пошли традиционные инструменты американской «дипломатии» чужими руками. Начались «танцы с бубнами» вокруг украинского кризиса, который как раз для этого так долго и тщательно готовился.
Сейчас уже вроде бы все европейские политики высказались по поводу целей и задач всех этих минских и нормандских форматов. Но не надо заблуждаться по поводу того, что у нас этого не понимали. Понимали. И там понимали, что русские понимают. Но все делали вид, что не понимают.

А товарооборот тем временем продолжал расти, СП-1 исправно качал в Германию русский газ, а СП-2 продолжал строиться. Даже ковидный 2020-й не смог ничего сделать: несколько просевшие на фоне пандемии экономические связи России и Германии в 2021-м резко пошли вверх. И «Северный поток-2» несмотря ни на что построили.

Оставался только один выход. Который озвучила на брифинге для журналистов 27 января 2022 года замгоссекретаря США Виктория Нуланд: «Если Россия, так или иначе, вторгнется в Украину, «Северный поток – 2» не будет продвигаться вперед».

Теперь оставалось только добиться, чтобы Россия «вторглась». Истерический вой на тему грядущего «вторжения» начался задолго до выступления Нуланд. А Россия все не вторгалась. И еще месяц после. И лишь когда угроза на границе стала критической, а масштабные показательные учения российских и белорусских войск действия не возымели – началась столь желанная американцами СВО.

Сейчас нет смысла рассуждать, что было бы, если бы СВО не началась – история не знает сослагательного наклонения. Возможно, украинцам приказали бы напасть на Россию, возможно – начать наступление на свежепризнанные республики Донбасса, возможно что-нибудь еще бы придумали. Ведь цель оправдывает средства, а властвовать проще разделенными.

Поэтому первыми на украинском ТВД появятся именно немецкие танки. А может быть и единственными. Потому что «Абрамсы», как уже известно, «к весне не успеют», с «Челленджерами» тоже какая-то загвоздка, а французские «Леклерки» чересчур сложны и их мало.

А вот чтобы немецкие «Леопарды» вновь пошли по украинской земле – очень важно. Потому что для русских это символ самой страшной войны и самого главного врага. Символ, впечатавшийся в генетическую память.

Потом будут и самолеты, и ракеты – обязательно будут. Но символ должен быть первым – не зря же его столько лет реанимировали.