Наиболее трагическая фигура во главе США

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов – об отказе Джо Байдена от участия в президентских выборах.

Дональд Трамп предрёк Джо Байдену место худшего президента США в истории. По этой части история распорядится сама, но, пожалуй, в одной номинации Байден сделал заявку на первое место – как наиболее трагическая фигура во главе Соединённых Штатов помимо тех, кто был застрелен, находясь в должности.

Даже если отложить в сторону личные трагедии, которые пережил Байден (гибель первой жены и дочери, смерть любимого сына и позор другого), его политическая биография – постоянное стремление к высшей позиции, в котором он как будто бы регулярно оказывался не совсем в том месте не совсем в то время. Назвать его неудачником язык, конечно, не повернётся, но финал карьеры настолько удручающий, что задумываешься – а стоило ли ему взбираться на вершину?

Если бы Байден решился бросить вызов Трампу в 2016 г., когда он был ещё вполне бодрым и энергичным, многое могло бы пойти иначе. Как минимум для него. Считается, что он тогда отказался от борьбы из-за кончины старшего сына Бо. Неофициально впечатление, что проиграл внутреннему лобби, которое продвигало Хиллари Клинтон. Как бы то ни было, свой шанс на «большое президентство» он упустил тогда. Четырьмя годами позже все непредвзятые наблюдатели (а их было немного, надо сказать) понимали, что Байден по возрасту и состоянию уже не особенно годится. Но на помощь пришёл ковид, пустив и без того извилистое президентство Трампа под откос. В 2020 г. Байден определённо утверждал, что, конечно, идёт на один срок. К 2024-му он почему-то передумал, но природа и возраст взяли своё.

Ещё три недели назад, до провальных кандидатских дебатов истеблишмент старательно делал вид, что не замечает, как быстро угасает обитатель Белого дома. После дебатов все прозрели, и против Байдена началась разве что не травля – с закулисной сварой разных групп и вовлечением семейных интересов. Кстати, семьи не только самого Байдена, но, судя по всему, ещё и Обамы, и даже Клинтон. Непохоже, что это закончится теперь, когда президент и его окружение капитулировали. Вице-президент Камала Харрис – наиболее очевидное и логичное решение, хотя до недавнего времени её президентом никто не видел и не собирался этого делать. Однако пока нет уверенности, что вопрос решён. Есть борьба «крыльев» и течений, есть сомнения в способностях Харрис, но, пожалуй, главное – необходимость предъявить избирателю нечто совсем новое. Демократы в тяжёлом положении, теперь им надо играть против Трампа и его кандидата в сменщики ва-банк. Вопрос, правда, в том, насколько наиболее влиятельные представители демократической верхушки адекватно оценивают ситуацию, чтобы принимать сильные и нестандартные решения. Вся эпопея с Байденом последнего полугода заставляет усомниться.

Трампу, которого почти все уже посчитали президентом после покушения и съезда, успокаиваться рано. Кампанию придётся перестраивать и вести на полную мощь. Из паралимпийского поединка двух кандидатов с гандикапом, как она выглядела пару месяцев назад, игра приобретает острый и во многом судьбоносный характер. В этом смысле покушение на Трампа, что бы за ним ни стояло, – симптом острейшей социально-политической напряжённости, которая теперь только ещё больше взвинтится. И что произойдёт в оставшиеся три с половиной месяца – бог весть.

Если говорить о российских интересах, у нас нет оснований печалиться из-за Байдена. К украинскому сюжету он лично приложил руку, как никто – ещё с начала прошлого десятилетия. Однако справедливости ради стоит заметить, что в качестве визави в жёсткой конфронтации он представляет собой не худший вариант. Весьма опытный, довольно осторожный, относительно рациональный – до тех пор, пока Байден определял политический курс, его можно было предсказывать. Те, кто придёт ему на смену, всеми этими качествами похвастаться не могут, так что степень, как говорят на биржах, волатильности возрастёт. С демократической стороны даже в случае серьёзного омоложения стоит ожидать скорее повышения идеологического градуса. С республиканской – попыток переложить весь негатив отношений с Россией на Европу, попробовать путём ухищрений добиться отдаления Москвы от Пекина. Никаких принципиальных уступок или поощрений России за это предлагать не будут. Политика на украинском направлении, вероятнее всего, будет варьироваться, и тут персона, точнее, группы, которые она представляет, существенна. Но люфт, возможный на американском берегу, в любом случае не включает того, что Россия теоретически могла бы рассмотреть всерьёз.

Американские пертурбации важны для нас не с точки зрения конкретных сдвигов линии в отношении России, а в том, что касается общего состояния и перспектив политической системы Соединённых Штатов. Её беспрецедентно трясёт, и ей теперь уже неизбежно предстоят большие перемены. И главный вопрос – будут ли США меняться в русле мировых тенденций (гораздо менее централизованная и многообразная международная система) либо, напротив, попытаются в процессе изменений сделать ставку на возвращение прежнего универсализма. Так вышло, что именно Байдену выпало стать развилкой, хотя он сам стремился совсем не к этому. Печать