Поход на избирательный участок как запрос на безопасность

Политолог, главный редактор медиагруппы «Акценты», эксперт Центра ПРИСП Антон Чаблин – о составляющих высокой явки на проходящих в России выборах.

Наша команда работала с первого дня на выборах в нескольких регионах Кавказа и Юга России. И, как теперь вижу по итогам первого дня голосования, главная интрига – диссонанс между формой и содержанием.

С одной стороны, мы увидели неожиданно бодрые, а местами рекордные для парламентских кампаний показатели явки (выше, чем на думских выборах-2021). С другой стороны — все это после крайне вялой избирательной гонки.

Такого контраста между «засушенным» публичным полем и очередями на участках южные регионы не знали со времен нулевых.

То, что происходило в информационном и агитационном пространстве последние недели перед стартом голосования, иначе как технологическим регрессом не назвать. Региональная субъектность, за счет которой когда-то кипела жизнь в Ростове, Астрахани или Волгограде, похоронена давным-давно. А вместе со смертью реальной политической интриги исчез и спонсор: бизнес перестал кормить партийные фонды. Зачем тратиться на системную оппозицию или ресурсных мажоритарщиков?

В итоге партийные штабы продемонстрировали тотальную финансовую и интеллектуальную импотенцию. Многие партии скатились к первобытным практикам. Подъезды южных городов оказались буквально завалены тоннами макулатуры. Блеклые газеты с версткой райкомов образца 1994 года, унылые портреты кандидатов в серых пиджаках с руками в замок и набившие оскомину два абзаца про «ремонт водопровода» — весь этот агитпроп летел в урны, не доходя до квартир.

Живая полевая работа, требующая дорогих сеток и подготовленных агитаторов, ликвидирована как класс. Публичные встречи кандидатов тоже превратились в тоскливый советский ритуал. В залы сгоняли муниципалов, спикеры монотонно бубнили по бумажкам. Кампания не родила ни одного яркого лица, ни одной свежей идеи, ни единого запоминающегося лозунга. По крайней мере, в большинстве регионов Юга.

Откуда же высокая явка? Здесь сработала комбинация трех факторов, не имеющих никакого отношения к партийному креативу.

Первое – сам трехдневный формат голосования плюс механизмы «Мобильного избирателя», досрочные заявки, надомное голосование

Второе – консенсус вокруг вопросов безопасности. В таких условиях электорат подсознательно выбирает паттерн нормативности. Поход на избирательный участок воспринимается рядовым обывателем не как выбор между Ивановым и Петровым, а как базовая процедура подтверждения лояльности государству и запрос на безопасность. Граждане голосуют «за стабильность», демонстративно игнорируя партийную мишуру.

Ну и, наконец, демография: голосование по привычке у старшего поколения. Пенсионеры и ветераны, для которых выборы остаются священным ритуалом, дисциплинированно пришли на участки без всякой агитации — просто по календарю.