Русификация публичного визуального пространства

Политолог, эксперт ЭИСИ Анна Федорова – об ограничениях на использование иностранных слов на вывесках.

Мы привыкли к тому, что даже в поселке городского типа на двери магазина может быть написано «OPEN», а в витрине — «SALE». А новый жилой комплекс обязательно будет называться как-то вроде «Elite Luxury Ryazan Plaza».

С 1 марта вступили в силу ограничения на использование иностранных слов на вывесках. Теперь основная информация должна размещаться только на русском языке и кириллицей.

Немного о том, почему давно пора было это сделать и при чем тут социальная архитектура:

Первое. Это абсолютно нормальная мировая практика. Российские поправки наиболее близки к Закону Тубона (1994) во Франции. Это «золотой стандарт» защиты госязыка в Европе. По этому закону французский обязателен на всех вывесках, в рекламе, коммерческих контрактах и меню ресторанов. Иностранные термины допустимы только в том случае, если им нет французского аналога. Схожая история и в Канаде, например (Билль 101). В ту же сторону движется и Казахстан.

Российский закон полностью соответствует логике стран с выраженной политикой культурного суверенитета.

Второе. Причины такого количества англицизмов в России понятны. Это последствия морально-психологической травмы 90-х годов, когда людей массово убедили в том, что «все западное — лучше». Уже нет смысла обсуждать, почему так вышло, но главное — общество эту травму преодолело. Пришло время привести реальность в соответствие с ощущениями людей. И транслировать простой, но суперважный сигнал: раз мы живем в России, то и говорить с покупателями должны на государственном языке.

Третье. С точки зрения социальной архитектуры русификация публичного визуального пространства — это больше, чем «переписать вывески». Это история о том, что «российское» нам важнее и ближе «глобального». Кроме того, это повлечет за собой важные культурные перемены. Больше новых брендов будут сразу называться на русском языке, без попыток притвориться европейскими.