Новая торговая реальность

Политолог, первый заместитель председателя комиссии ОП РФ по общественной экспертизе законопроектов и иных нормативных актов, эксперт Центра ПРИСП Александр Асафов - о том, что изменилось в мире после вступления в силу пошлин Трампа.

С 1 августа в силу вступили анонсированные весной американские тарифы в диапазоне от 10% до 41% на импорт из 67 государств и стран-членов ЕС, что грозит радикально перекроить глобальную торговлю.

Система глобальных тарифов

2 апреля Трамп анонсировал введение глобального тарифа (10%) и страновых тарифов (от 11% до 50%) для 181 государства, однако несколько раз отсрочивал введение последних: изначально страновые тарифы должны были вступить в силу 9 апреля, для стимулирования торговых переговоров их введение сначала было отложено до 9 июля, а затем — до 1 августа.

Новая тарифная система дифференцирует страны по 3 категориям в зависимости от состояния торгового баланса и двусторонних отношений:

Базовая ставка (10%) — введена для 5 стран, с которыми у США имеется торговый профицит или достигнуто торговое соглашение;
Средняя ставка (15%) — введена для 36 стран, с которыми у США имеется умеренный торговый дефицит;
Повышенная ставка (20% и выше) — введена для 27 стран, с которыми у США имеется значительный торговый дефицит или политические разногласия (в отношении Сирии введена ставка в 41%, Лаоса и Мьянмы — 40%, Швейцарии – 39%, Ирака и Сербии — 35%, Алжира, Боснии и Герцеговины, Ливии и ЮАР — 30%).

Кроме того, 30 мая Трамп ввел глобальные тарифы на сталь и алюминий (50%), а также автомобили и комплектующие (25%), отметив, что может добавить в список другие "критические товары".

Теперь у американских таможенных служб есть время до 7 августа, чтобы адаптироваться к нововведениям.

Двусторонние торговые сделки

Хотя Трамп рассчитывал, что угроза тарифов вынудит торговых партнеров пойти на заключение выгодных для Вашингтона сделок (в апрельском интервью он заявил, что намерен заключить "90 сделок за 90 дней"), к 31 июля реальные результаты оказались весьма скромными — соглашения были достигнуты лишь с 8 странами, а степень их проработки варьируется от дорожной карты до т.н. "принципиального согласия".

Великобритания (8 мая): снижение тарифов на британские автомобили с 27,5% до 10%, отмена 10%-го тарифа для авиационных двигателей и заморозка 25%-го тарифа на сталь (при сохранении пошлин на остальные товары) в обмен на отмену пошлин на американский этанол и увеличение квот на американскую говядину с 1 тыс. до 13 тыс. тонн.

Вьетнам (2 июля): снижение тарифов на все товары с 46% до 20% и сохранение 40%-го тарифа на транзитные товары из 3-х стран (прежде всего Китая), в обмен на отмену тарифов на продукцию США и дальнейшие уступки Ханоя для достижения паритета торгового баланса.

Индонезия (22 июля): снижение тарифов на все товары с 32% до 19% в обмен на отмену тарифов на продукцию США и обязательство Джакарты закупить самолеты Boeing, сельхозпродукцию и энергоносители.

Филиппины (22 июля): снижение тарифов на все товары с 32% до 19% в обмен на отмену тарифов на продукцию США и обязательство Манилы усилить военное сотрудничество с Вашингтоном.

Япония (22 июля): введение единого 15%-го тарифа (вместо 27,5%) на все товары, включая автомобили (кроме стали и алюминия), в обмен на беспошлинный доступ американского зерна и говядины на рынок и обязательство Токио инвестировать около $550 млрд в экономику США.

ЕС (27 июля): введение единого 15%-го тарифа (вместо 30% (https://t.me/aasafov/3118)) на все товары (за исключением ряда отраслей, освобожденных от пошлин или затронутых глобальными тарифами) в обмен на беспошлинный доступ американских товаров на рынок ЕС и обязательство Брюсселя инвестировать в экономику США около $600 млрд и закупить энергоносители на $750 млрд.

Южная Корея (30 июля): снижение тарифов на корейские товары (в т.ч. автомобили) с 25% до 15% в обмен на обязательство инвестировать $350 млрд в экономику США и импортировать американский СПГ на $100 млрд.

Пакистан (30 июля): предварительная договоренность о "снижении тарифов" (в апреле была анонсирована ставка в 29%) в обмен на совместную разработку нефтяных месторождений и редкоземельных металлов и углубление военно-технического сотрудничества.

Зависшие переговоры

Далеко не всем удалось договориться с Вашингтоном к назначенному дедлайну: крупнейшие экономики мира — Китай и Индия — и ближайшие соседи США — Канада и Мексика — все еще ведут трудные переговоры, исход которых пока не ясен.

Китай: в мае стороны заключили "тарифное перемирие" — Китай снизил пошлины со 125% до 10%, а США — со 145% до 30%. После раунда не самых удачных переговоров в Стокгольме 29 июля (Скотт Бессент пригрозил ввести 100%-е тарифы в случае продолжения закупок российской нефти, в ответ на что Хэ Лифэн назвал это атакой на энергетическую независимость Китая) было принято решение продлить консультации до 12 августа.

Индия: несмотря на успешный февральский визит Моди в Вашингтон, 30 июля Трамп объявил о повышении тарифов для Индии с 20% до 25%, сославшись на торговый дефицит и закупку российских нефти и вооружений. Хотя над страной нависла угроза вторичных санкций (что рискует сорвать планы американских корпораций по переносу сборочных линий из Китая, усиливая зависимость от Пекина), консультации продолжаются, а следующий раунд переговоров пройдет 25 августа в Нью-Дели.

Канада: из-за отсутствия прогресса в переговорах 1 августа Трамп, формально сославшись на "бездействие Оттавы в борьбе с контрабандной фентанила", повысил тарифы с 25% до 35% (за исключением товаров в рамках USMCA), а также заявил, что официальное признание Канадой Палестины "осложнит заключение сделки".

Мексика: 31 июля после переговоров на высшем уровне Трамп согласился отсрочить введение новых 30%-х тарифов на 90 дней для заключения всеобъемлющей сделки, сохранив действующие пошлины (25% на большинство товаров, в т.ч. автомобили, 50% на сталь, алюминий и медь), в обмен на что Мексика отменила барьеры для американской продукции.

Угрозы в адрес России и давление на БРИКС

Хотя Россия отсутствует в списке облагаемых пошлинами стран, еще 14 июля Трамп выдвинул Москве ультиматум, (https://t.me/aasafov/3094) требуя "прогресса в мирном урегулировании украинского кризиса" в течение 50 дней (28 июля он сократил срок до "10-12 дней", а затем — до 9 августа).

В случае невыполнения условий Вашингтон угрожает ввести 100%-е тарифы на все российские товары и аналогичные санкции в отношении стран, которые продолжат закупать российские энергоносители (основные импортеры — Китай и Индия).

Трамп также угрожает БРИКС, фактически объявив блок угрозой американским интересам и гегемонии доллара, пообещав ввести дополнительные 10%-е тарифы в отношении стран-членов объединения и анонсировав жесткие адресные меры в отношении стран-основателей.

Бразилия: с 1 августа Трамп, ссылаясь на судебный процесс над экс-президентом Жаиром Болсонару, (https://t.me/aasafov/2646) в дополнение к глобальному тарифу (10%) ввел 50%-е пошлины на все бразильские товары. В ответ президент Лула да Силва, назвав действия Вашингтона шантажом, анонсировал зеркальные тарифы и пересмотр торговой политики страны.

ЮАР: с 1 августа Трамп, вновь обвинив власти страны в притеснении белых фермеров, ввел 30%-е тарифы на все южноафриканские товары, что де-факто сделает неконкурентоспособным целые сектора экономики.

Эффект тарифов

Парадоксально, но давление США на БРИКС вкупе с глобальными тарифами может привести к обратным результатам: все больше стран будут стремиться диверсифицировать торговлю, снижая зависимость от США.

Однако система тарифов обернется не только реконфигурацией мировой экономики, но и глобальным ростом цен и замедлением экономического роста. По оценкам Bank of America, темпы роста мирового ВВП снизятся на 0,4-0,7% уже в 2025 году.

Для самого Вашингтона тарифы — палка о двух концах. В краткосрочной перспективе они помогут сократить торговый дефицит, пополнить бюджет и добиться серьезных уступок от партнеров, в т.ч. политических.

С другой стороны, вызванные тарифами издержки лягут на рядового потребителя, экономика — при сохранении текущей монетарной политики — к концу года может скатиться в рецессию, а доля США в мировом импорте впервые с 1990 года рискует сократиться. Печать