Почему в России есть протесты и нет оппозиции?

На митинги протеста выходят десятки тысяч человек, действиями властей и бизнеса недовольны еще больше граждан, но эти аморфные массы протестующих никак не превращаются в стройную и четко работающую организацию. Почему? Возможно, исследование «Готовность объединяться как фактор самоорганизации» сотрудницы Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора ВШЭ Ирины Корнеевой поможет по-новому взглянуть на эту проблему.

ВШЭ в прошлом году опросила 2000 респондентов. Кроме стандартных вопросов гражданам предлагалось вжиться в одну из типичных бытовых ситуаций:
– в районе за короткий срок совершено несколько преступлений и надо организовать общественный патруль;
– власти решили огородить парк забором и построить за ним чиновничьи дачи, надо организовать митинг против застройки;
– произошло ЧП, и надо собрать помощь пострадавшим и т.д.

Респондентов спрашивали, приняли бы они участие в предложенных акциях и если да, то в какой форме (участие в подготовке мероприятия, оказание материальной помощи для проведения мероприятия, подписание коллективного письма и т.д.).

Оказалось, что россияне делятся на следующие 5 групп:

Организаторы – 4%

Самая малочисленная группа. Более 80% из них безусловно готовы или скорее готовы объединяться с другими людьми для решения общественных задач, а участвовать в мероприятии они собираются в форме подготовки/организации. Далее в исследовании приводятся характеристики этих людей, в которых, возможно, и заключена проблема городских протестов. Организаторы чаще встречаются среди женщин с низким уровнем образования и дохода. У половины образование не выше среднего общего, а высшее образование есть только у 13%. Каждый второй представитель этой группы проживает в селе или поселке городского типа.


Активисты – 9%

Подавляющее большинство участников этой группы готовы или скорее готовы объединяться с другими людьми для решения общественных задач, причем во всех возможных формах. Преимущественно женщины. Это самая высокодоходная и высокообразованная группа (у половины – начальное профессиональное или среднее специальное образование, у 25% – полное или неполное высшее). Почти 1/4 представителей группы живет в городах с населением 100 000–500 000 человек (в других группах в подобных городах живут 5–10% участников группы).


Участники – 32%

Готовы участвовать в акциях. Чаще встречаются среди людей 30–60 лет. У половины начальное профессиональное или среднее специальное образование. 1/3 проживает на селе. В городах с населением от 50 000 до 250 000 человек представители этой группы встречаются реже, чем в среднем по выборке. Чаще женаты/замужем.


Не активные – 35%

Самая большая группа опрошенных. Только 2/3 из них готовы или скорее готовы объединяться с другими людьми для решения общественных задач. В основном, готовы участвовать в акциях, но иногда – только подписать коллективное письмо протеста. Каждый четвертый – старше 60 лет. Чаще встречаются в городах с населением более полумиллиона человек. Женщин больше, чем мужчин.


Равнодушные – 20%

Только 18% представителей данной группы безусловно готовы и 46% безусловно готовы или скорее готовы объединяться с другими людьми для решения общественных задач. В этой группе мужчин больше, чем женщин. Здесь самая большая среди групп доля людей старше 60 лет – 26%. Около четверти представителей данной группы проживают в городах-миллионниках.


Выходит, что в больших городах в основном живут равнодушные и не активные. И чем больше населенный пункт, тем больше в нем пассивных людей. Самые большие активисты и организаторы – это бедные и необразованные женщины из сел.

Отечественных «несогласных» традиционно обвиняют в разобщенности. Результаты опроса россиян о том, есть ли в стране сплоченность и где (в ближнем или дальнем круге) ее больше представлены на графике.


На митинги протеста выходят десятки тысяч человек, действиями властей и бизнеса недовольны еще больше граждан, но эти аморфные массы протестующих никак не превращаются в стройную и четко работающую организацию. Почему? Возможно, исследование «Готовность объединяться как фактор самоорганизации» сотрудницы Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора ВШЭ Ирины Корнеевой поможет по-новому взглянуть на эту проблему.

ВШЭ в прошлом году опросила 2000 респондентов. Кроме стандартных вопросов гражданам предлагалось вжиться в одну из типичных бытовых ситуаций:
– в районе за короткий срок совершено несколько преступлений и надо организовать общественный патруль;
– власти решили огородить парк забором и построить за ним чиновничьи дачи, надо организовать митинг против застройки;
– произошло ЧП, и надо собрать помощь пострадавшим и т.д.

Респондентов спрашивали, приняли бы они участие в предложенных акциях и если да, то в какой форме (участие в подготовке мероприятия, оказание материальной помощи для проведения мероприятия, подписание коллективного письма и т.д.).

Оказалось, что россияне делятся на следующие 5 групп:

Организаторы – 4%

Самая малочисленная группа. Более 80% из них безусловно готовы или скорее готовы объединяться с другими людьми для решения общественных задач, а участвовать в мероприятии они собираются в форме подготовки/организации. Далее в исследовании приводятся характеристики этих людей, в которых, возможно, и заключена проблема городских протестов. Организаторы чаще встречаются среди женщин с низким уровнем образования и дохода. У половины образование не выше среднего общего, а высшее образование есть только у 13%. Каждый второй представитель этой группы проживает в селе или поселке городского типа.


Активисты – 9%

Подавляющее большинство участников этой группы готовы или скорее готовы объединяться с другими людьми для решения общественных задач, причем во всех возможных формах. Преимущественно женщины. Это самая высокодоходная и высокообразованная группа (у половины – начальное профессиональное или среднее специальное образование, у 25% – полное или неполное высшее). Почти 1/4 представителей группы живет в городах с населением 100 000–500 000 человек (в других группах в подобных городах живут 5–10% участников группы).


Участники – 32%

Готовы участвовать в акциях. Чаще встречаются среди людей 30–60 лет. У половины начальное профессиональное или среднее специальное образование. 1/3 проживает на селе. В городах с населением от 50 000 до 250 000 человек представители этой группы встречаются реже, чем в среднем по выборке. Чаще женаты/замужем.


Не активные – 35%

Самая большая группа опрошенных. Только 2/3 из них готовы или скорее готовы объединяться с другими людьми для решения общественных задач. В основном, готовы участвовать в акциях, но иногда – только подписать коллективное письмо протеста. Каждый четвертый – старше 60 лет. Чаще встречаются в городах с населением более полумиллиона человек. Женщин больше, чем мужчин.


Равнодушные – 20%

Только 18% представителей данной группы безусловно готовы и 46% безусловно готовы или скорее готовы объединяться с другими людьми для решения общественных задач. В этой группе мужчин больше, чем женщин. Здесь самая большая среди групп доля людей старше 60 лет – 26%. Около четверти представителей данной группы проживают в городах-миллионниках.


Выходит, что в больших городах в основном живут равнодушные и не активные. И чем больше населенный пункт, тем больше в нем пассивных людей. Самые большие активисты и организаторы – это бедные и необразованные женщины из сел.

Отечественных «несогласных» традиционно обвиняют в разобщенности. Результаты опроса россиян о том, есть ли в стране сплоченность и где (в ближнем или дальнем круге) ее больше представлены на графике.

В России больше сплоченности или разобщенности?
% опрошенных
Печать