Прозрачная урна

До президентских выборов осталось чуть более месяца. Их совсем было заслонили протесты граждан против фальсификаций выборов в Госдуму 4 декабря, но недавно стало ясно, что они все-таки идут. В том числе, по Саратовской области.

Одни считают, что топча и подминая гражданские инициативы, протестные волны и всякие закулисные интрижки. Другие — прислушиваясь к ним.

Сколько получит Путин в Саратовской области?

Как ни банально звучит, но с президентскими выборами в России все ясно — никакой интригой тут и не пахнет. «Левада-центр», а за ним и все другие (ВЦИОМ, ФОМ) провели опросы, которые показывают: подавляющее большинство россиян считает, что победит Владимир Путин. При этом голосовать за Путина собираются меньше половины опрошенных, но даже среди оппозиционеров и других протестантов распространена уверенность: Путин победит. Миллиардеру Михаилу Прохорову можно отвести роль, как бы ему этого ни хотелось, обозначенную Кремлем: изобразить видимость конкуренции Путину, чтобы расколоть либералов, но подтвердить легитимность выборов. Я думаю, других серьезных соперников у нынешнего премьера нет. Ни Геннадий Зюганов, ни Григорий Явлинский, ни Владимир Жириновский, ни тем более никому не известные подставные кандидаты вроде иркутского губернатора серьезной угрозы Путину не представляют. Все это старые лица, они не вписываются в стремление россиян к переменам, и за них голосовать мало кто хочет. Однако «дьявол в деталях». Для будущего России важно, сколько наберет победитель, один тур будет или два. Для Саратовской области это тоже важно. Можно заключать пари: что бы ни показывали опросы, которые, по-моему, жестко взяты в оборот политиками, я думаю, Путин наберет в регионе не менее 70% голосов. Это очень важно для ведущего политического крыла единороссов, ориентирующегося на замглавы администрации президента Вячеслава Володина, и не менее важно для критикуемого в Москве губернатора Павла Ипатова. Поэтому они сделают все, чтобы такой результат получился. И не видно, кто им может помешать.

Партийный разброд по-саратовски

То, что называется «партиями» в Саратовской области, — в глубоком упадке. Кроме коммунистов, все остальные представляют собой, по моему мнению, жалкое зрелище. «Правое дело», вероятно, дышит на ладан. В регионе на выборах 4 декабря они набрали менее 1%, их мало кто знает и они многого не знают. Даже о том, что партию вот-вот расформируют из-за нехватки денег, местные партийцы «не в курсе». Какую поддержку они могут оказать на президентских выборах и кому?

«Эсеры» после громких скандалов в прошлом году перешли в новый год под тем же знаком. Исключенный из «эсеров» депутат областной думы Владимир Пожаров обозвал партию «лавкой, торгующей депутатскими мандатами». Смогут ли они помочь своему лидеру Сергею Миронову? Пока его рейтинг не растет и колеблется в районе 3%.

«Яблоко» в Саратове всегда было шумным и по крайней мере заметным, но вот сильным — никогда. Явлинский, ожившая политическая кандидатура, вынырнувшая из небытия и напомнившая всем о тяжелых 90-х, не прибавляет партии особой популярности. А раздрай между либералами и активистами гражданского протеста лишь усугубляет ситуацию.

ЛДПР — в своем репертуаре. И вряд ли сможет из него выйти. Жириновский, если проедет по районным центрам, свою долю голосов получит, но это все та же доля, «исчисленная, взвешенная и отмеренная» еще в середине 90-х.

Ничего нового. Голосовать за них? Зачем? Какое они имеют отношение к проявившемуся после 4 декабря гражданскому подъему? Никакого. Кто у них лидеры? Ищенко забрали в Госдуму, Алимову забрали в Госдуму, либерал-демократов в Саратове как никто не знал, так никто и не знает даже по имени, Полещиков — не самый авторитетный политик. Расчет только на федеральные бренды, а они тоже не блещут харизмой. Поэтому я сильно сомневаюсь в электоральных перспективах любого из оппозиционных кандидатов в Саратовской области. Не конкуренты они Путину.
КПРФ vs «ЕР» — не то же самое, что Зюганов vs Путин

Коммунисты были заметно активнее своих соседей по оппозиции в последних событиях, в том числе и в Саратове. Они не выглядят тенью партии, как другие. Они активны, участвуют в массовых выступлениях, выдвигают предложения. Даже какие-то новые (относительно) фамилии у них мелькают и постепенно начинают закрепляться на политическом небосклоне: блоггер Маслов, балаковец Анидалов… Но повторить успех 4 декабря им будет сложно. Прежде всего потому, что президентские выборы с их повесткой непохожи на думские. И лозунг, объединивший интернет-сообщество, а затем и многих граждан — «Дай пинка «ЕдРу», проголосуй за КПРФ!» — вряд ли возможен на выборах в марте.

Главное здесь — Зюганов не может быть олицетворением гражданского протеста. Многие из тех, кто голосовал за коммунистов в декабре из желания показать фигу «ЕР», не могут заставить себя проголосовать за Зюганова. Многие понимают, что президентские выборы важнее, что здесь нельзя ограничиваться одним негативом, а в качестве позитивной цели коммунистическая идея — не самая популярная в обществе.
Гражданский ор или хор?

В Саратове митинги пошли на убыль. В последнем участвовало раз в десять меньше народу, чем в первых. Как бы в компенсацию этому наиболее активные митингующие объявили о создании Саратовского объединения избирателей— СОИ. Но оказалось, что объединения не получилось — уже при создании началось размежевание. Отказались принять участие в организации коммунисты, сославшись на решение обкома партии и необходимость проведения собственной партийной президентской кампании. Поругались между собой партийные активисты и гражданские. Последние тоже заявили о временном невхождении в СОИ. Причина — прессинг «политиканов», объявивших гражданское движение в Саратове «сдохнувшим» и потребовавших «уступить дорогу партиям». Знакомая по концу 80-х годов картина: где соберется пять оппозиционеров — возникнет шесть партий. А с другой стороны — отсутствие лидеров, что тоже мешает объединению.

В Москве протестанты зачем-то пошли в посольство США получать инструкции от еще не вступившего в должность нового посла Макфола, известного специалиста по поджиганию «оранжевых революций». Всех, кто пошел — Немцовых-Пономарёвых, — некоторые силы быстро заподозрили в продажности и предательстве. В Саратове несогласные поругались друг с другом. И чего от них можно ожидать? Как написал один из блоггеров, «грубо говоря, кто все эти люди и чего они хотят? Честных выборов? О’кей. Кто-то против? Нет. Востребованы обществом? Нет. Можно ставить точку. Митинги показали, что текущий перечень кандидатов (в президенты ли, в думу ли — не важно) не устраивает граждан. Честные выборы могут быть лишь ступенькой (одной из) на пути становления «нормального» государства, но не решают вообще никаких проблем страны и уж тем более не влияют на грядущие перспективы. А лишь за то, чтобы не «украли мой голос за Миронова/Зюганова», пойдут лишь единицы.

Повторюсь — «Не то».

Сам себе режиссер

На этом фоне Путин выглядит непоборимым. Не зря опросы показывают, что его рейтинг, достигший минимальных значений в декабре после митингов, снова начал расти. Но у Путина другие соперники, которые намного опаснее, чем кандидаты-оппоненты — мировой экономический кризис и потеря легитимности в глазах общества. О кризисе в 2012 году все настойчивее говорят ведущие западные аналитики и фонды, и он представляет потенциально намного большую угрозу власти Путина, чем выборы. А падение легитимности может сделать его правительство в разгар кризиса совершенно неспособным на какие-либо действия. Его цель — не просто победить, а победить честно, с прозрачной урной и стать легитимным лидером страны в период надвигающегося шторма.

Для этого губернаторам и региональным штабам поручено обеспечить «очевидную и бесспорную» победу Путина уже в первом туре. Эксперты лишь разводят руками.

Задача сформулирована так: Владимир Путин должен победить на выборах президента 2012 года уже в первом туре, но его победа не должна дать оппозиции шанса поставить результат выборов и легитимность избрания Путина под сомнение, чтобы не спровоцировать массовые протесты, сообщают источники, близкие к единороссам.

В Москве в путинском штабе вообще нет сторонников тактики двух туров выборов: там считают, что этот расклад сложнее, а победа потребует больше времени, к тому же самому Путину по характеру ближе победа в первом туре, чем сложная игра, пусть даже обеспечивающая легитимный и гарантированный выигрыш. Источники отмечают, что такому настрою Путина усиленно способствует его окружение, которое готово скорее льстить ему и приукрашивать ситуацию, чем критически ее оценивать. В Саратове — то же самое. Задача одна — выдать максимальный результат, чтобы выборы прошли в один тур.

На мой взгляд, это неправильно. Получится, как 4 декабря: нужный процент сделают, но легитимность и авторитет власти упадут. И спираль кризиса продолжит падение. Все слишком рассчитано на тактику, на решение сиюминутной задачи переизбрания в интересах ответственных за кампанию (а не самого Путина). Никто не думает, как президент будет потом руководить страной в час испытаний. Как сказал Леонид Радзиховский, «гораздо важнее, что харизма Путина внезапно умерла, не только для этой группы из среднего класса, но и для значительной части населения страны». А эта харизма была единственным подлинным основанием всей политической системы в стране.
Резюме

Выборы идут плохо. Quos Deus perdere vult dementat prius (Кого Господь хочет погубить, того он лишает разума). Если Путин за оставшийся месяц не предпримет каких-то неожиданных усилий, если все пойдет так, как сейчас, — выборы наступят на всех нас, не решат ни одной из проблем и только ухудшат ситуацию. Для общего блага желаю ему найти такие ходы и решения — впереди «турбулентный год», как предрек председатель Всемирного банка.

Печать