О позитивном недоверии. Российскому обществу необходимо адекватное восприятие самоорганизации

Исследовательский холдинг «Ромир» опубликовал данные соцопроса, свидетельствующие о крайне низком уровне доверия россиян к общественным институтам и институтам власти. За семь лет (последний такого рода опрос проводился «Ромиром» в 2004 году) доля тех, кто «не доверяет никому», выросла с 23 до 37%. Уровень доверия к институту президентской власти снизился с 59 до 20%, к правительству – с 14 до 11%. Рейтинги Госдумы, Совета Федерации, местных органов власти, правоохранительных органов, политических партий, профсоюзов остаются в пределах 2–6%.

Социологи отмечают, что опрос был проведен до объявления о готовящейся рокировке Путина и Медведева. Это хорошо с точки зрения чистоты эксперимента. Владимир Путин, оставаясь наиболее популярным политиком в стране, способен повысить рейтинг президентской власти (но не рейтинг правительства, как показывает исследование), но лишь на время, в течение которого он сам занимает этот пост. Путин превратился в самостоятельный институт, в институт-фигуру, по большому счету не инвестируя собственную популярность в доверие к системе как таковой.

Снижение доверия к власти стимулирует самоорганизацию общества. Это можно было бы считать безусловно позитивным явлением. Есть лишь одно «но»: в условиях тотального недоверия к общественным и государственным институтам самоорганизация не корректирует, не обновляет, не улучшает систему власти. Она создает параллельную систему, которая где-то вынуждена конкурировать с официальной, но там, где это возможно, попросту не замечает ее.

Такая самоорганизация обессмысливает и существующую власть, и борьбу за нее, то есть политику. Борьба ведется за институты, теряющие легитимность, за управление страной, которая начинает управлять собой сама – так, как получается.

Данные исследования холдинга «Ромир» дополняют результаты недавнего соцопроса ВЦИОМа, согласно которым лишь 11% россиян считают права человека и состояние демократии важной проблемой для страны. Положение демократии в списке ценностей, интересов, приоритетов опрашиваемых социологами граждан – это традиционное положение аутсайдера.

Общество, разочарованное в системе власти, воспринимает демократию либо как термин, описывающий всю совокупность не заслуживающих доверия институтов, либо как еще один, при этом вполне аморфный, неосязаемый институт, воздействие которого на повседневную жизнь граждан – положительное или отрицательное – не ощущается или ощущается слабо.

Но в основе демократии как раз лежит самоорганизация общества, а институты, в сознании россиян превращающиеся в знаки без означаемого, как раз становятся результатом общественной дискуссии, консенсуса, договора о наилучших способах управления и воспроизводства власти.

Институты, заслуживающие доверия, как ни парадоксально это звучит, становятся порождениями базового недоверия, критичности, ответственности, желания взять решение важнейших проблем в свои руки. Российское общество, портрет которого рисуют социологи, – это общество с иным вектором развития. В нем ответственность становится результатом недееспособности институтов, делегирование ответственности считается нормой, а самоорганизация – вынужденной активностью в условиях провала системы.

Язык российского социума, стиль его мышления пока не приспособлены к тому, чтобы давать самоорганизации адекватные характеристики, видеть в ней позитивный и государствообразующий, а не вынужденный, промежуточный процесс, вкладывать положительные смыслы в термин «демократия», воспринимать ее, демократию, как практическое усилие, а не как отвлеченное, сомнительное понятие. Печать