Канделаки: «В России отношения с властью носят романтический характер»

Один из наиболее активных участников встреч сторонников Дмитрия Медведева – Тина Канделаки – объяснила Slon, что такое «Большое правительство», почему к Медведеву не надо относиться как к жениху и кто из оппозиционеров скоро может примкнуть к действующей власти.

–Тина, что такое это «Большое правительство», зачем оно вообще нужно, и как вы лично там оказались?

– Я думаю, Дмитрию Медведеву, как и любому человеку его возраста в нашей стране, хочется видеть новые лица, ему нужны молодые активные люди с внутренним драйвом. А как я там оказалась – я сейчас очень плотно занимаюсь темой образования – являюсь членом Общественной палаты, вхожу в комиссию по усовершенствованию государственных стандартов, довольно активно езжу по регионам. Поэтому на подобные мероприятия меня часто приглашают. Лично для меня это возможность высказаться и донести информацию до президента. Я пытаюсь использовать каждый удобный случай.

– А кто именно все-таки это организовывает? Кто отбирает участников, кто вот вам лично звонил?

– Да мне это, если честно, совершенно безразлично, кто и как это все организует. Ну разве это важно? Суть же в том, зачем это мероприятие проводится.

– Вам не показалось странным, насколько вся эта компания разношерстна – тут и либеральные эксперты, и активисты кремлевских движений, что между ними общего?

– Опять же, я не занималась изучением списка присутствующих, и меня это мало волнует, кто там рядом сидел. Если есть возможность озвучить важные проблемы, то имеет ли значение, кто там был приглашен, кто не был. У меня другие были заботы – как успеть изложить ту ситуацию в области образования, те вопросы, о которых вроде бы все знают, но публично нигде не обсуждают. Это довольно сложно, конечно, сформулировать в двух словах… Но мне кажется, мне удалось обозначить некоторые важные проблемы – да, у нас мало учителей хорошего уровня, у нас эта профессия не престижна, у нас среднюю школу мало кто любит, и все ждут старших классов и только там начинают всерьез учиться, чтобы сдать ЕГЭ. Мы до сих пор не решили, чего мы ждем от школы, какие люди нужны экономике в будущем, каких целей мы хотим добиться через 10–15 лет. Ведь вы же согласитесь, что эти люди, которым сейчас 15–17 лет, это уже совсем скоро – то, как будет выглядеть наша страна.

– Хорошо, но что изменилось за последнее время, почему этот формат встреч президента со «сторонниками» и все эти дискуссии появились только сейчас?

– Многие задаются этим вопросом, многие спрашивают, зачем дублировать функции Общественной палаты. Я, конечно, не организатор, я не знаю, почему именно теперь появляется такой формат встреч, но мне кажется совершенно понятным желание Медведева сегодня найти людей, близких себе по образу мыслей, и начать с ними открытый диалог. И очень хорошо, что Медведев ищет здесь обратную связь, готов к диалогу.

– Но насколько все это всерьез? Что если все-это просто пиар-компания? Вы видите какие-то результаты?

– Нам надо уходить от этого патриархального менталитета, все свои ожидания связывая исключительно с лидером государства. Почти все, что я делаю, никак не было связано с властями, административным ресурсом, я все это делала сама. Даже наоборот, наличие власти накладывает какие-то ограничения и действовать независимо зачастую проще. Все те проекты, которыми я занимаюсь, все те образовательные форумы, встречи – все я готовила без какой-либо помощи государства. А если чего-то и не удавалось добиться – ну вот бывало что-то не сразу получалось, скажем, когда я предложила президенту приравнять постоянных победителей программы «Самый умный» к победителям олимпиад, чтобы им было легче поступать в вузы, президент попросил меня письменно прислать это предложение, мы ему все выслали, но ответа так и не дождались. Тут я могла бы опустить руки и сдаться, но я не собираюсь останавливаться. Я достаточно успешно развиваю свои проекты самостоятельно – уже работает сайт «Умная школа», где идут активные обсуждения проекта реформы образования, обсуждения новых стандартов.

– А каких конкретных решений вы ждете от Медведева, какие именно реформы в сфере образования он должен сделать, чтобы вы сказали, что добились своего.

– Давайте не будем забегать вперед, давайте дождемся выборов, и если Дмитрий Анатольевич станет премьером, будем выдвигать конкретные требования. Тем более, что для того и нужны общественная дискуссия и экспертизы специалистов, чтобы сформулировать, что именно мы ждем от реформ. Мне от президента пока ничего не надо, мне вполне хватает своих собственных сил, чтобы добиваться конкретных результатов – я общаюсь и с Андреем Александровичем Фурсенко, и с региональными чиновниками, если где-то мне не отвечают на запросы, говорят, мол, – это кто такая, что она лезет со своими вопросами – я уже как член Общественной палаты обращаюсь с запросом, они обязаны отвечать.

– То есть получается, вы нужны Медведеву больше, чем он вам…

Cмешно. Если вы посмотрите последние данные «Левада-Центра», то поймете, что людей популярнее президента и премьера в стране нет. Мне кажется, не стоит думать о президенте, как о потенциальном женихе. Я ему нужнее или все*таки он мне? В России отношения с властью чрезвычайно гендерно окрашены и носят романтический характер. Я практичнее. Я знаю, какое противоречивое отношение у многих есть к президенту, я читаю все, что пишет либеральная пресса, что пишут в блогах, но давайте подумаем, а какая сейчас может быть альтернатива в качестве премьера?

– В качестве премьера при Путине?

– Да

– Понятия не имею.

– Ну вот видите. Обсуждались ведь кулуарно разные альтернативы, но мне кажется, что в нынешней ситуации Дмитрий Анатольевич – наиболее удачный для страны вариант, он все-таки во многом разделяет те же ценности, что и я. Конечно, мне тоже жаль, что нет сейчас сильной правой партии, а те партии, которые есть, помимо «Единой России» – это все-таки, извините, вчерашний день. А критики этой партии, к сожалению, живут только в виртуальном мире. Химкинский лес это показал и доказал. Всего 2000 человек. И это летом, в лесу и с Навальным. То есть те, кто критикуют виртуально, не готовы встречаться лицом к лицу. Я называю свой адрес, предлагаю встретиться, но никто шага не делает из тени.

– Ну есть и те, кто лица не скрывает.

– Это кто, например?

– Ну, из тех, кто первый приходит в голову, – Каспаров, Касьянов, Навальный…

– Я смотрела дебаты Каспарова, Немцова и Навального. Грустное зрелище. Очевидно, что Навальный их на голову выше. Но вы знаете, у меня есть с ним общие знакомые, поэтому думаю, что знаю его лучше, чем многие его сторонники… В общем, я не удивлюсь, если увижу его вскоре в рядах действующей власти. Он человек амбициозный и явно не сторонящийся публичности и признания. Он провоцирует власть, критикует и при этом прекрасно понимает, как она устроена. Он мог бы принести много пользы в этом качестве. Интересно только, что он будет тогда говорить…Но думаю, как настоящий политик, который все время убеждает своих сторонников в том, что по его мнению точно произойдет с нашей страной, он так же умело сможет объяснит, почему это не произошло… Печать