Путин и «перезагрузка»

Было много разных вариантов реакции на новость о том, что Путин вернется в президенты в будущем году, и большая часть из них была не очень интересной, но реакция Тони Блэнкли (Tony Blankley) выделяется на этом фоне как наименее логичная и осмысленная: что лично претворенная в жизнь г-ном Обамой и провалившаяся ориентированная на Медведева политика по отношению к России превратила г-на Путина - друга Джорджа Буша-младшего - в личного врага и в потерянный стратегический актив. И что только новый американский президент может начать восстанавливать жизненно важные российские связи в нашей политике сдерживания Китая.

Довольно оригинально критиковать «перезагрузку» за ее роль в подвергании опасности американо-российских отношений. Конечно, если бы представители администрации никогда не критиковали Путина, их бы обвинили в «заигрывании» с ним.

После почти трех лет попыток добиться схода с рельсов «перезагрузки» на каждом повороте, и десятилетия политики поддержки, которая «завела отношения в канаву» и сделала их крайне проблематичными, критики администрации неожиданно оказались очень озабочены тем, что что-то может отрицательно сказаться на отношениях с Россией.

Медведев всегда был политически более слабым партнером в тандеме, но не ясно, как администрация предполагала «перезагружаться» каким-то иным образом, кроме как взаимодействовать с тем, кто будет работать президентом. Это правда, что администрация порой приводила некоторые весьма слабые аргументы о том, что ратификация Нового договора СНВ и поддержка «перезагрузки» поможет Медведеву и наоборот, поставит в невыгодное положение Путина, но это было лишь попыткой неубедительным способом мобилизовать и использовать неприязнь некоторых американцев к Путину ради поддержки более примирительной и соглашательской политики, но противникам «перезагрузки» (в том числе и Блэнкли) была не нужна никакая часть этой политики, вне зависимости от того, кто из русских обладает титулом президента.

Если «перезагрузка» казалась «ориентированной на Медведева», то это потому, что именно он занимал этот пост, когда политика «перезагрузки» началась, но из этого не следует, что у Путина есть какая-то заинтересованность в возврате к более антагонистичным отношениям. Политические различия, расхождения между Медведевым и Путиным, все время преувеличивались. Если что и может вставить палки в колеса, так это новая администрация в Вашингтоне, уверенная в том, что ей нужно саботировать отношения по политическим причинам. Это довольно распространенная привычка новоизбранного президента в нашей стране - отрекаться от определенных политических решений предыдущей администрации ради того, чтобы отличаться от нее, или чтобы задобрить и умиротворить свою партию, и никто из предполагаемых кандидатов от республиканцев не может сказать ничего хорошего о «перезагрузке». Если в следующем году будет избран республиканец, то есть шансы, что американо-российские отношения начнут портиться, потому что новая администрация, весьма вероятно, будет полна решимости совершать действия для ослабления этих отношений.

Называть Путина «другом» Буша - это просто грубое очковтирательство, и оно создает впечатление, что американо-российские отношения были лучше во время последнего срока Путина, чем они будут во время его следующего срока. Какие бы хорошие личные отношения между ними двумя не сложились в какой-то момент, политика эпохи Буша по отношению к России и ее соседям воспринималась в Москве как серия провокаций, а два «друга» могли похвастаться худшим состоянием отношений между двумя правительствами со времен холодной войны. На самом деле Путин изначально был весьма склонен к сотрудничеству с администрацией Буша, а в ответ он стал свидетелем выхода США из договора по ПРО, расширения НАТО на страны Балтии, создания американских баз в Средней Азии, вступления других бывших советских государств на путь к будущему членству в НАТО, признание США и нашими союзниками Косово, и упреки в адрес России со стороны американских чиновников в связи с ее внутренними делами. Существует реальная опасность сделать ту же ошибку, которую многие американцы сделали во время предыдущего срока Путина, когда вопрос американо-российских отношений превратился в вопрос личностей, личных отношений, которые могут меняться со сменой глава государства. Ровно как приход Медведева не возвещал о каких-то крупных или значимых переменах в российской внешней политике, возвращение Путина на пост президента совершенно не должно приводить к изменениям в улучшившихся отношениях, которые строят США и Россия. Как я писал некоторое время назад, «чем больше мы признаем, что российская политика продиктована российским восприятием их национальных интересов, а не предпочтениями каждого конкретного лидера, тем больше у нас шансов найти и распознать те области, где у нас есть общие интересы, и где мы можем приспособиться к их возражениям». Печать