Мой президент

Семен Новопрудский:

У меня проблема: пока я живу в России — хочу выбирать президента своей страны. Но выбирать мне не дают. Я категорически не хочу выбирать между Путиным и Медведевым. Во-первых, не вижу между ними никакой разницы, кроме чисто физиономической. Но президент не топ-модель и не спутница жизни, внешние данные решающего значения не имеют. Во-вторых, каждый из этих двух потенциальных кандидатов уже был президентом и, на мой взгляд, уже показал на данном посту все свои «достоинства». В-третьих, они вместе работают в разных качествах почти два десятка лет, что тоже не свидетельствует о существенных разногласиях в их взглядах на мир.

Разговоры о том, что один может, но не хочет изменить Россию, а другой хочет, но не может, меня не убеждают. Это отговорки. Я хочу видеть президентом того, кто хочет и может сделать Россию полноценной западноевропейской демократической страной без имперских комплексов, коррупции как единственного способа управления и засилья тотального непрофессионализма во всех сферах.

Я не хочу видеть президентом любого из лидеров дозволенных ныне партий.

Зюганов представляет партию, которая уже угробила одну страну и несменяемо была у власти семь десятилетий, — более чем достаточный срок, чтобы убедиться в ее способностях и возможностях.

Жириновский при всей своей яркой риторике так красиво подпевал всем правителям страны, что одно это делает его пребывание во главе России бессмысленным. Про эксплуатацию националистической риторики я уже и не говорю: строить в сегодняшнем мире сугубо национальное государство, да еще и не демократическое (ЛДПР по идеологии партия не либеральная и не демократическая) — значит совершенно не понимать базовых принципов формирующейся новой глобалистской цивилизации.

Миронов социалист, а я убежденный противник любых социалистов у власти: социалистическая риторика идеально создана для конструктивной оппозиции, чтобы основанное на свободе выбора и частной инициативе государство все-таки не забывало о тех, кто по объективным причинам не может позаботиться о себе сам. Как только социалисты приходят к власти и начинают воплощать свои идеи в жизнь, жизнь быстро не соглашается с этими идеями и начинает жестоко мстить.

Я не хочу голосовать за Прохорова, поскольку он пришел в политику по высочайшему дозволению тех, кто создал нынешнюю, на мой взгляд, совершенно не терпимую ситуацию в стране. К тому же при всех своих относительно близких мне либеральных взглядах он начал подбирать кадры в партию по образу и подобию «Единой России» — без всякой идейной подоплеки, с целью попасть в Думу, пока туда пускают «Правое дело».

При этом я категорически не согласен с тремя очень популярными, с подачи нынешней власти, тезисами: что власть у нас и есть главный европеец, что если выборы в стране будут честными, их может выиграть бог знает кто и что выбирать не из кого.

Я точно знаю, что правительство у нас совсем не европеец, несмотря на счета, активы и недвижимость в западных странах. Что у нас есть из кого выбирать и что в стране должны появиться свободно, без всякой регистрации действующие политические партии с разными взглядами и политическими программами. Что нет ничего страшного в практике появления на президентских выборах кандидатов-самовыдвиженцев. Что среди тех, кто уже занимал разные посты в российской власти (правда, преимущественно до начала эпохи Путина), есть более дееспособные кандидаты в президенты, чем нынешняя обойма.

Наконец, я хочу чтобы мой президент никогда не работал на этом посту больше отведенных Конституцией сроков. Не становился премьер-министром, завершив президентскую карьеру, чтобы не давать работать преемнику. Не назначал себе преемников. Не образовывал никаких фантомных организаций, не имеющих внятной структуры, идеологии и прозрачных источников финансирования.

Я отдаю себе отчет в том, что лидером России будет не мой президент. Но если он не хочет быть последним президентом этой страны в этих границах, ему придется сделать так, чтобы я и те, кто, как и я, хотят иметь законную возможность выбирать нормальных президентов, получили бы этот шанс. В сущности, это пока главное и единственное условие модернизации России — разрешить россиянам выбирать власть и менять ее естественным мирным путем. Чтобы никакие придворные, президенты и премьеры не договаривались о судьбах России и фамилии ее правителя между собой за нашей спиной. Лично я как гражданин не давал им такого права.
Печать