«Хрустобулочные» нацисты: сколько французов сражались за Гитлера?

Политолог, экесперт Центра ПРИСП Николай Пономарев – о количестве французских коллаборационистов в вермахте и СС.

В России в последние годы получила широкое распространение точка зрения, согласно которой на службе Германии состояло гораздо больше французов, чем сражалось в рядах армии де Голля и отрядов сопротивления.

Но насколько она обоснована? Простое обращение к «толстым и скучным» исследованиям историков рисует

Кристиан Бене оценивает численность французских добровольцев в немецких вооруженных силах на уровне 30 – 35 тыс. человек. Рольф-Дитер Мюллер насчитал около 60 тыс. французских добровольцев в рядах вермахта и СС, к которым следует присовокупить 50 тыс. граждан «старой Франции», призванных в немецкие вооруженные силы с территории присоединенного к Германии Эльзаса. Крис Бишоп на основании результатов своих изысканий пришел к выводу, что только Эльзас и Лотарингия дали вермахту около 140 тыс. штыков. Кроме того, 150 тыс. граждан Франции были мобилизованы в «Организацию Тодта», и 25 тыс. были направлены на охрану побережья от возможных десантов союзников. Доля собственно добровольцев среди «французов под свастикой» была относительно невелика: их количество составляло 45 тыс. человек (или приблизительно 14% от общего числа отправленных на службу Германии «галлов»).

Таким образом, максимальная оценка числа французов в рядах вермахта и СС составляет 315 тыс. человек, минимальная – 30 тыс. Много это или мало?

Общая численность войск под командованием Шарля де Голля во второй половине 1943 г. достигала 450 тыс. человек, а к концу 1944 г. – 600 тыс., к маю 1945 г. - 1,2 млн штыков.

В ходе кампании в Тунисе в 1942 – 1943 гг. было задействовано около 73 тыс. французских солдат и офицеров, в боях в Италии в 1943 – 1944 гг. – почти 105 тыс. человек. В августе 1944 г. в освобождении территории Франции участвовали более 267 тыс. бойцов.

Количество бойцов сопротивления на территории французской метрополии к лету 1944 г. достигало 70 – 100 тыс. человек. Генерал Эйзенхауэр, оценивая их вклад в операции лета 1944 г. в личном составе как эквивалент 15 пехотных дивизий (что, с учетом состояния кадровой базы союзников на тот момент, можно оценить на уровне 150 тыс. человек). К октябрю 1944 года количество бойцов сопротивления выросло до 400 тыс.

При этом, впрочем, важно сделать ремарку: в случае войск де Голля вплоть до конца 1944 г. большую часть их сил составляли «туземные» контингенты, сформированные преимущественно из коренных жителей стран Магриба и Субсахарской Африки. Впрочем, вклад французских креолов в борьбу с нацизмом также нельзя недооценивать: к концу 1944 г. 176 тыс. из них сражались против Германии в рядах вооруженных сил (насчитывавших, напомним, 600 тыс. человек).

Среди партизан доля этнических французов до лета 1944 г. также составляла примерно половину: в движении сопротивления активное участие принимали бежавшие военнопленные, а также граждане Франции армянского и еврейского происхождения, бежавшие из Испании республиканцы и т.д. Преимущественно французским движение сопротивления стало лишь после высадки союзников в Нормандии. И это, на самом деле, не вызывает удивления: генерал-губернатор Отто фон Штюльпнагель еще 22 августа 1941 г. объявил, что за каждого убитого немца он казнит по меньшей мере 10 французов. 30 сентября Штюльпнагель приказал всем окружным начальникам составить списки заложников, подлежащих казни в случае нападения на немецких военных и представителей оккупационной администрации. (В первую очередь подлежали включению в списки евреи и люди, подозреваемые в симпатиях к де Голлю или коммунистам).

В итоге простейшие арифметические операции демонстрируют нам, что против нацизма сражалось куда больше французов, чем на его стороне. При этом и те, и другие не являлись «этническим монолитом». Германия активно набирала в ряды вермахта германоязычных «бошей» - жителей аннексированных Эльзаса и Лотарингии. Также среди «французских добровольцев» в товарных количествах встречались представители «России, которую мы потеряли». Впрочем, в то же время другие белоэмигранты или их дети сражались в рядах французского сопротивления бок о бок с евреями, испанцами, армянами и выходцами из Африки, поселившимися в метрополии.