Железнобокий «Вагнер»: рекламный миф или реальность?

Политолог, эксперт Центра ПРИСП Николай Пономарев – о реальной боеспособности ЧВК «Вагнер».

Глава ЧВК «Вагнер» Евгений Пригожин в очередной раз выступил с резкой критикой в адрес Минобороны. Бизнесмен пожаловался на то, что полноценному использованию его подразделений препятствует «чудовищная военная бюрократия». Одновременно Пригожин заявил: «Если бы сегодня [у России] были бы 3 – 5 ЧВК “Вагнер”, мы бы уже в Днепре носки полоскали».

Это закономерно спровоцировало очередной виток дискуссии вокруг реальной эффективности «Вагнера». Сторонники одной точки зрения доказывают, что командиры Пригожина в духе сериала «Штрафбат» гонят штурмовиков волнами на укрепления ВСУ, пока у украинцев не закончатся патроны. Их оппоненты, напротив, настаивают, что на сегодняшний день бойцы «Вагнера» - это лучшая штурмовая пехота, сражающаяся на стороне России в зоне СВО.

Обе точки зрения носят откровенно гиперболизированный характер и потому вряд ли имеют отношение к действительности. Однако ближе к реальности все же вторая позиция. Какие доводы можно привести в пользу этой оценки? Во-первых, немногие значимые успехи ВС РФ в последние месяцы являются заслугой конкретно вагнеровцев. Во-вторых, за все время спецоперации в публичном пространстве в принципе не появлялась информация о проблемах со снабжением и техническим обеспечением частей пригожинцев (в отличие от подразделений Минобороны РФ). Равным образом ни разу не фиксировались жалобы бойцов «Вагнера» на то, что их бросили либо разместили на заведомо невыгодной позиции командиры. Не было зафиксировано и фактов нарушения вагнеровцами базовых принципов действия в зоне СВО (например, запрета на «скученность» бронетехники). В-третьих, из украинских источников нам неизвестны факты массовой сдачи в плен бойцов Пригожина либо оставления ими большого количества техники при отступлении. Также противник еще ни разу не сообщал о взятии в плен либо ликвидации высокопоставленных офицеров «Вагнера» (хотя бы на уровне «майор – полковник» в рамках внутренней иерархии ЧВК). Таким образом, у нас нет информации о том, что в рядах «Вагнера» обнаруживаются те же проблемы с уровнем боеготовности, что были вскрыты во многих подразделениях Минобороны в ходе боевых действий.

С чем, гипотетически, может быть связана повышенная боеготовность пригожинцев?

В первую очередь необходимо обратить внимание на то, что, как неоднократно подчеркивалось в объявлениях о найме вагнеровцев, в ЧВК отсутствует «военный дебилизм». Т.е. отсутствуют дежурства, построения, строевая подготовка и в целом армейская рутина. Процесс подготовки либо переобучения бойцов предельно утилитарен: их обучают только тем навыкам, которые потребуются в условиях реальных боевых действий. Во-вторых, ЧВК изначально создавалась как структура, на постоянной основе принимающая участие в решении задач в реальной боевой обстановке. По этой причине в ее структуре в принципе отсутствуют «командиры мирного времени» - люди, надевшие форму преимущественно ради льгот и высоких зарплат и не прошедшие отсева посредством длительного участия в боевых действиях. Людские ресурсы «Вагнера» гораздо более ограничены, нежели в случае Минобороны, и любые попытки действовать в духе «зерг раш» неизбежно закончились бы быстрым крахом этого бизнес-проекта. Наконец, следует учесть, что к началу СВО у сильно разросшегося за последний год «Вагнера» имелся прочный костяк из нескольких тысяч ветеранов организации – в прямом смысле слова профессиональных военных, имевших опыт участия в боевых действиях, в том числе – против противника, располагавшего современными вооружениями (достаточно вспомнить хотя бы об использовании турецких беспилотников силами ливийской оппозиции в Триполитании).

Однако при этом необходимо поставить вопрос: возможно ли полноценное и оперативное «клонирование» этого ЧВК? Ведь речь идет, с одной стороны, об отказе от базовых принципов подготовки войск, господствующих в российской армии в последние десятилетия, с другой стороны – о необходимости подбора кадров с достаточно специфическим опытом, корпоративной культурой и мировоззрением. Нельзя будет, условно, механически изъять из рядов ВС РФ энное количество солдат и офицеров, назвать их ЧВК «Моцарт» и попытаться скопировать организационные принципы вагнеровцев. Велика вероятность, что в этом случае командиры просто начнут воспроизводить привычную армейскую культуру.

И, что особенно важно, эффективность новых ЧВК будет существенным образом зависеть от того, кто займет позицию их владельца и руководителя. В случае, если у руля такой организации окажется неподходящий человек (даже носивший в прошлом генеральские погоны), эффективность такой структуры все же будет нарушена. Все же стая львов во главе с бараном – это не самая лучшая управленческая схема. Печать