«Никогда мы не будем братьями» – яркий пример временного лозунга

Заместитель директора Центра ПРИСП, член РАПК, автор канала «Телеграбля», директор ИА «Ньюсрум24» Валерий Прохоров – о путях преодоления ненависти к бывшему противнику после войны.

Исторический опыт показывает: массовая ненависть к бывшему противнику после войны может сохраняться десятилетиями, но при целенаправленной работе с медиа этот процесс существенно ускоряется. Исследования постконфликтных обществ — от Руанды до Балкан — подтверждают известный пропагандистский постулат: когда доминируют враждебные нарративы, ненависть и предубеждения усиливаются; когда трибуна переходит к носителям сигналов примирения — картина радикально меняется в лучшую сторону.

Фраза «Никогда мы не будем братьями» из далёкого 2014 года — яркий пример временного лозунга. Такие фразы живут, пока медиа их тиражируют, цитируют и обрамляют в эмоциональные контексты, но быстро выцветают, когда те же каналы социального оповещения переключается на передачу в эфир сигналов мира. Есть тому разные подтверждения. В Непале антиправительственное радио влияло на недоверие к полиции три года после закрытия. В Руанде год передач и публикаций о примирении изменил социальные нормы: люди стали чаще поддерживать межэтнические браки и неконфронтационное обсуждение произошедшей в стране трагедии. Когда в Боснии медиа стали показывать бывших врагов не как злодеев, а как обычных людей, способных на добрые поступки, это привело к росту доверия и готовности к сотрудничеству между этническими группами.

В условиях фрагментации сознания и клипового восприятия действительности, разреженных социальных связей и увядания офлайн-коммуникаций информационный ПТСР рассосётся ещё быстрее — но только при системной работе с медиасредой. Для ускорения нужно уже сейчас готовить не только технический инвентарь (платформы, каналы, аналитику), но и смысловую инфраструктуру: переписывать мифологию, создавать контрнарративы, тренировать спикеров мира. Ненависть не исчезает сама собой — она вытесняется новыми смыслами. И тогда медиа перестают быть оружием информационной войны, питающими вражду, а становятся инструментом поиска общего языка.