Текст соглашения Азербайджана и Армении похож на капитуляцию последней

Подписание между Азербайджаном и Арменией соглашения об установлении мира и межгосударственных отношений стало событием, которое завершает многолетний конфликт вокруг Нагорного Карабаха в его прежнем виде. Документ, который в целом виде приводит, в частности, News.am, закрепляет фактические итоги военных кампаний 2020–2023 годов, открывая новую страницу в региональной политике — но и создавая предпосылки для перераспределения влияния внешних игроков.

Соглашение, составленное на азербайджанском, армянском и английском языках, основывается на признании границ бывших союзных республик СССР как международных рубежей. Армения юридически подтверждает отсутствие территориальных претензий к Азербайджану, включая Нагорный Карабах, и отказывается от их выдвижения в будущем. Это положение фактически закрывает вопрос статуса региона на международной арене, фиксируя победу Баку в правовом поле.

Отдельно прописан отказ сторон от любых действий, направленных на подрыв территориальной целостности и политического единства друг друга, а также обязательство воздерживаться от применения силы или угрозы её применения.

Соглашение предусматривает запрет на размещение войск третьих стран в приграничных районах. Для Азербайджана это — инструмент, который исключает сценарий, при котором западные военные миссии или союзники Армении могли бы оказаться на линии соприкосновения. Однако в реалполитик-логике этот пункт скорее символический: в реальном раскладе у Баку нет необходимости размещать на своей территории какие-либо иностранные войска для сдерживания Еревана. Турция, выступающая стратегическим союзником и военным гарантом, при необходимости способна оказать давление на Армению и без постоянного присутствия на азербайджанской земле, включая возможность быстрого силового маневра с армянского тыла.

Для Еревана же это ограничение серьёзно сужает пространство для военного сотрудничества с НАТО и отдельными государствами Запада, не позволяя создавать в приграничных зонах инфраструктуру, способную изменить баланс сил. И, конечно, с Россией – но её, такое впечатление, в расчёт не берут ни Баку, ни Ереван. Во всяком случае, во внутренней логике подписанного документа.

Особое внимание уделено невозможности использовать внутреннее законодательство для оправдания невыполнения условий договора. Все споры предполагается решать через двустороннюю комиссию, а при отсутствии прогресса в течение шести месяцев — другими мирными средствами. Это исключает маневры, позволяющие блокировать обязательства на национальном уровне. То есть, заявить потом о незаконности договора путём, например, голосования в парламенте, в одностороннем порядке – нельзя.

Соглашение также содержит обязательство в течение месяца после вступления в силу отозвать все судебные иски и претензии, возникшие до его подписания.

Документ фиксирует готовность сторон к сотрудничеству в экономике, транспорте, экологии, гуманитарных и культурных проектах. Важным элементом стала договорённость о совместной работе по розыску пропавших без вести и возвращению останков погибших, что рассматривается как мера по укреплению доверия.

Для Азербайджана такие механизмы открывают дополнительные каналы влияния на армянскую экономику и транспортную инфраструктуру, в том числе в контексте возможного продвижения идеи Зангезурского коридора.

Для Баку соглашение — это дипломатическое закрепление результатов военной победы и усиление позиций в регионе, с перспективой расширения транзитных проектов. Турция, как стратегический партнёр Азербайджана, получает косвенное подтверждение своих интересов в Южном Кавказе и при необходимости остаётся силовым гарантом нового порядка.

Для Армении документ означает потерю ключевых рычагов давления и необходимость адаптироваться к новой реальности, где её безопасность во многом зависит от баланса между Ираном, Турцией, Россией и Западом. Отсутствие в тексте соглашения прямого упоминания России отражает снижение её формальной роли в переговорном процессе, однако Москва сохраняет значимое присутствие как фактор стабильности и гарант транспортных маршрутов.

Среднесрочно, Азербайджан, вероятно, активизирует усилия по реализации транспортных проектов через южную часть Армении, используя экономические и дипломатические инструменты.

Если очистить суть документа, то мы имеем дело с капитуляцией Армении. После вступления в силу договора Ереван лишается возможности оспаривать статус Карабаха даже в мягких формулировках. Любая попытка ревизии будет трактоваться как нарушение международного обязательства, что лишает Армению поддержки большинства западных и международных структур.

К условно-хорошим новостям можно отнести то, что запрет на размещение войск третьих стран у линии соприкосновения блокирует сценарий ускоренной военной интеграции Армении с НАТО. Даже при усилении контактов с США или Францией военные инструкторы и техника будут ограничены в размещении, что фактически консервирует нынешний баланс сил.

Армения и так лишена выхода к морю; любая серьёзная торговля и транзит идут через территорию соседних государств. После подписания договора возможности для диверсификации маршрутов сокращаются, а Азербайджан получает рычаги давления на Ереван через транспортную дипломатию.

Подписание договора создаёт долгосрочный внутренний политический кризис в Армении, тем более, что экспансия на её территорию будет продолжаться. Положения о сотрудничестве в экономике и транспорте позволят продвигать проекты, которые фактически интегрируют южную Армению в транспортную сеть Азербайджана и Турции (Зангезурский коридор). При этом формально это будет «взаимовыгодное развитие», а не нарушение договора.

Андрей Дорин Печать