Судиться с государством будет накладно (новости административной юстиции)

13 лет назад, когда Владимир Владимирович Путин первый раз стал гарантом наших прав, он поговорил о необходимости административной юстиции, то есть о такой юстиции, которая бы честно рассуживала споры между гражданином (права которого — по нашей Конституции — являются высшей ценностью) и государством (которое эти права обязано защищать).

И вот на тринадцатом году и третьем гарантийном сроке увидел свет президентский проект об этой юстиции. Называться будет новый закон, который, без сомнения, будет принят в ближайшее время (путинские законы в Госдуме не залёживаются), «Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации».

Нельзя сказать, что Кодекс внесет принципиальные правовые новшества в разборки между гражданами и государственными органами. Дело в том, что, если говорить по-крупному, основные положения Кодекса уже давно содержатся в Гражданско-процессуальном кодексе РФ и давно применяются. Конечно, есть некоторые новшества; конечно, выделение процедур публичных споров из процедур частных споров облегчит работу юристов. Но увы, принципиально ничего не изменит, а в некоторых случаях лишь уменьшит возможности и желание граждан судиться с государством.

Вообще говоря, введение административной юстиции надо было бы начинать не с Кодекса, тем более — не совсем оригинального, а с судей – новых, смелых, компетентных, независимых и имеющих собственную власть и легитимацию. Ну, хоть с создания новых административных судов и всенародного избрания туда новых судей. Или с введения в административный процесс присяжных. (В 2000-м году на процессах по избирательным спорам еще были народные заседатели. И они, в отличие от судей, могли еще удивляться тому абсурду, который несли некоторые председатели избиркомов, и они принимали иногда справедливые решения. Так, например, была расформирована территориальная избирательная комиссия района Марьино города Москвы).

Судить по новому — хотя и не совсем — кодексу будут те же судьи… С тем же результатом.

Но уж если старшего борца с коррупцией не хватает смелости на новый суд, то, можно было бы хоть Кодексом просигнализировать гражданам о том, что их права действительно выше прав государства. Этого не произошло, что свидетельствует не об отсутствии смелости, а об отсутствии желания.

Сначала поделюсь впечатлениями вообще о Кодексе, а потом конкретно – о разделе, связанном с близким мне избирательным правом.

Перенесение большинства процедур из ГПК в новый КоАС (не путать с КоАП, который, несмотря на похожее название, к административному судопроизводству не имеет никакого отношения) приведет к повторению тех же самых несуразностей, которые мы наблюдаем сейчас. Общие фразы о том, что суд должен провести всестороннее и полное исследование доказательств, как показал опыт, не гарантируют, что судья не отклонит все существенные ходатайства, если они не вписываются в задуманное решение суда. Новаторство в виде «мер предварительной защиты» не будет работать сильнее, чем действующее ныне «обеспечение доказательств», и государственные органы так же как и раньше будут иметь возможность вовремя фальсифицировать доказательства.

Зато два замечательных нововведения сильно осложнят дело простым гражданам.

Теперь представительствовать за них в суде смогут только «лица с высшим юридическим образованием», а не каждый желающий. Между прочим, известно много случаев, когда заинтересованный гражданин без высшего юридического образования представительствует в суде намного более убедительно по сравнению с «юристом». Вообще занятно у нас получается с юридическими делами: если надо назначить нового председателя ЦИКа, имеющего образование физика, то срочно принимается закон, отменяющий обязательность юридического образования. ЦИК РФ может — по новому кодексу — консультировать суд при разрешении избирательных споров. А вот представительствовать от кандидата в суде может только тот, кто имеет высшее юридическое образование. Кадыров, например.

Но, пожалуй еще более плодотворным нововведением является положение статьи 114: «Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах». Кайф! Подавая в суд на государство, не забудьте, что оно наймет представителя, заплатит ему немалые (в разумных, с точки зрения судьи, получающего 80 тысяч в месяц, пределах) деньги, а потом предъявит Вам счёт. Подумайте, прежде чем идти в суд!

А если вы случайно не прочитали эту статью и все-таки подали свою жалобу, то в процессе представитель Вам пояснит, что не поздно ее отозвать, ибо статья 115 гласит: «При отказе административного истца от административного искового заявления понесенные им судебные расходы административным ответчиком не возмещаются».

Ну, а теперь про моё любимое. Про избирательные права, защищаемые судом.
Глава 26 превращается в главу 23. Но это еще не всё!

Если раньше нарушение избирательных прав могли обжаловать «избиратели, участники референдума, кандидаты и их доверенные лица, избирательные объединения и их доверенные лица, политические партии и их региональные отделения, иные общественные объединения, инициативные группы по проведению референдума и их уполномоченные представители, иные группы участников референдума и их уполномоченные представители, наблюдатели, прокурор», то теперь каждому предназначен свой предмет обжалования.

Например, наблюдатель может обжаловать действия, нарушающие его права, свободы и законные интересы в качестве наблюдателя. Что это значит? Право наблюдателя – наблюдать. Вот пусть себе спокойно и наблюдает, как председатель комиссии засовывает в урну бюллетени несуществующих избирателей. Его права как наблюдателя не нарушены, значит и в суд он подать не может.

Кстати, это замечательное нововведение инициировано даже не Президентом. Оно инициировано Конституционным судом в его постановлении от 22 апреля этого года. Там как раз про это и написано. Но еще более мудрую мысль КС в этом Постановлении подал Президенту относительно избирателей. Разъяснив всем огромное значение избирательных прав, КС определил, что несоответствующими Конституции являются те статьи ГПК, которые позволяют любому избирателю округа обжаловать результаты выборов. Я уже предполагал, что законодатель устранит это недоразумение. И устранил: теперь, когда законопроект будет одобрен законодателями, избиратель не сможет обжаловать фальсификации на не то, что в округе, даже на своем участке. Выборы станут еще более свободными. От избирателя.

Ну и на всякий случай вдвое сокращены сроки подачи заявления об отмене результатов выборов.

Между прочим, предполагается, что даже не каждый кандидат сможет оспорить результат выборов. Оцените формулировочку: «С административным исковым заявлением об отмене решения избирательной комиссии о результатах выборов, об итогах голосования может обратиться гражданин, зарегистрированный в установленном порядке и участвовавший в выборах в качестве кандидата». Что значит «участвовавший в выборах»? Выпускавший листовки? Не снятый до дня голосования? А если незаконно снятый? Это что: юридическая оплошность юристов из Администрации Президента или тонкая издёвка над решением Конституционного Суда 2002 года, разрешившего отменять выборы, если доказана незаконность снятия кандидата? Надеюсь, что второе, а то как-то неприлично получается, что налогоплательщик содержит таких плохих юристов за такие большие деньги.

Надеюсь, что не безграмотной, а такой же ехидной является формулировка судебных возможностей простых граждан по части обжалования нарушения их избирательных прав: «Граждане, являющиеся субъектами избирательного процесса или процесса подготовки и проведения референдума, вправе оспаривать в суде решения, действия (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, избирательной комиссии, комиссии референдума, членов таких комиссий, должностного лица, нарушающие избирательные права этих граждан или их право на участие в референдуме». Вообще-то, у нас все граждане, кроме недееспособных и отбывающих наказание в местах не столь отдалённых, являются «субъектами избирательного процесса». Это мнение, признанное большинством конституционоведов, хотя и не общепринятое, да и сам термин «субъект избирательного процесса» не определен нашим законодательством. В законодательстве определено понятие «избиратель», которое и используется в ГПК. Вопрос: зачем надо было вводить «субъектов»?

Я вам скажу: неопределенности закона оставляют возможности для произвола, для принятия решения судьёй «по убеждению». А уж кто его будет убеждать в административном судопроизводстве – догадайтесь сами.

Кодекс предполагается ввести в действие с 1 января 2014 года. Обещанный Путиным шаг к административной юстиции будет сделан. Задача для детей: если Фемида делает один шаг по прямой между государством и гражданином, то насколько она станет дальше от гражданина? (Ответ: на два шага).

Андрей Бузин, ведущий эксперт ассоциации «ГОЛОС» Печать