Природно-политическая катастрофа. Наводнение на Кубани продемонстрировало полнейшую неэффективность "властной вертикали"

Социальная ответственность государства лучше всего проверяется, увы, катастрофами. Они же наглядно демонстрируют сплоченность или разобщенность общества. К сожалению, ни государство, ни общество не выдержали испытания наводнением на Кубани.

С одной стороны, с треском провалилась властная вертикаль, привыкшая работать в ручном управлении. Несколько суток после стихийного бедствия обязанности главы Крымского района, по его собственному признанию, фактически исполнял губернатор Краснодарского края Александр Ткачев. Именно ему принадлежит уникальное признание: "Возникает вопрос: а местные власти, что делают в этой ситуации? Зачем вообще людям местная власть, показавшая свою неспособность работать в критической ситуации?". Было бы замечательно, если бы Ткачев заодно сказал, как оказались главами района и города люди, о которых он столь нелицеприятно отзывается.

Трагедия в Крымске (а именно ее имеют в виду, говоря о кубанском наводнении) продемонстрировала не просто неспособность местных властей работать в критической ситуации, но неспособность их вообще выполнять свои прямые обязанности, а также непреодолимое желание скрыть и то, и другое. Правда, скажем честно, стремление скрыть провалы свои и своих подчиненных продемонстрировали не они одни.

Однако есть и другая сторона в этой истории: слухи и мнения, которыми наполнилось наше общество, показали, что страшная трагедия с гибелью десятков людей может стать поводом для множества сугубо политических спекуляций. От наклеивания рекламы "Единой России" на коробки с гуманитарной помощью, к которой партия не имеет никакого отношения, до публикации в интернете дурацких карикатур и слухов о том, что российская власть уничтожила город Крымск по указке США и Израиля.

Надо сказать, что сразу после наводнения сеть запестрела самыми различными "сенсационными" сообщениями. О преднамеренном сбросе воды из Неберджаевского водохранилища, произведенном по команде администрации края. О бегстве районного и городского начальства и чуть ли не перекрытии для рядовых граждан дорог, ведущих из Крымска. О сокрытии правды о количестве жертв и о многом другом.

Самым тяжелым был, разумеется, последний вопрос, полностью отразивший абсолютное отчуждение власти и значительной части общества. Когда в воскресенье в Крымск вторично прилетел президент России Владимир Путин, глава МЧС Владимир Пучков в очередной раз заявил журналистам, что жертв наводнения на Кубани – 171 человек, а "все разговоры о большом количестве погибших не имеют смысла".

И, хотя никто еще не доказал обратного, Пучкову в очередной раз не поверили. Куда охотнее верят неизвестным людям, заявляющим о том, что жертвы наводнения исчисляются тысячами. И в этих условиях представители власти не сумели доказать свою правоту, вяло отбиваясь от обвинений в вывозе сотен тел погибших фурами известной в крае компании "Магнит", организации тайных захоронений и т.д.

Неумение и нежелание чиновников самых различных рангов разговаривать со своим народом снова сыграло свою роль. И даже широко освещенная телевидением беседа с народом Владимира Путина уже не могла радикально изменить ситуацию.

А теперь попробуем понять, в чем действительно виноваты местные власти. Апофеозом их деятельности стало понуждение людей, потерявших жилье и имущество, подписывать некие бумаги о том, что они были якобы предупреждены о надвигающейся опасности, но сами решили остаться в своих домах со всеми вытекающими последствиями. В противном случае людям не выдавали первую и такую необходимую материальную помощь.

Безусловно, за такие расписки крымских чиновников нужно гнать с насиженных мест всех и сразу, не разбираясь, правда или нет говорится в этих бумагах. Люди, занятые самооправданием в момент царящего вокруг хаоса и едва схлынувшего потопа, не должны никем и ничем руководить. Однако отечественную вертикаль власти не проймешь и семиметровой волной.

Масштабы бедствия наверняка были бы меньше, если бы в том же Крымском районе существовало дееспособное и ответственное местное самоуправление. Однако же откуда ему взяться? Бюрократическая система в ее российском варианте подразумевает отсутствие инициативы на нижних уровнях власти, если нет конкретного указания сверху.

Когда крымские начальники пытаются доказать, что сведения о возможном наводнении были получены ими на час позже, чем утверждают службы, эту информацию им передававшие, они, может быть, по-своему правы. Только не сведения о надвигающейся стихии пришли так поздно, а указания сверху. И, заставляя людей подписывать сомнительного содержания бумаги, чиновники прикрывали ими не только себя, но и вышестоящее начальство, отучившее их действовать самостоятельно.

Поэтому стремление региональных властей переложить всю вину исключительно на местное начальство выглядят смешно. Ведь иного способа действовать, кроме как по прямому указанию сверху, наши бюрократы не принимают. Тот же скоропостижно уволенный со своего поста губернатором Ткачевым глава района Крутько успел пафосно заклеймить прибывших на выручку в Крымский район волонтеров за попытки якобы "породить хаос и усугубить ситуацию". К счастью, волонтеры остались, а Крутько исчез.

Однако сейчас единомышленники кубанского чиновника срочно создают законопроект, цель которого – поставить волонтерское движение под бюрократический контроль. Пусть лучше погибнут люди, чем кто-то поможет им спастись без соответствующего указания современных Главначпупсов.

Владимир Путин прилетал в Крымск дважды. Первый его визит завершился провалом. В городе, где царил хаос, а безответственные ответственные лица рассказывали главе государства то, что им было выгодно, но с реальной действительностью имело мало общего, президенту делать было нечего. Второй визит Путина был фактическим приговором системе: глава государства вынужден был заниматься исправлением ошибок чиновников местного уровня.

Зачем в таком случае вообще нужна пресловутая вертикаль власти? Почему именно глава государства должен решать вопрос о сумме компенсации пострадавшим? На самом деле, для этого существуют другие люди и другие инстанции. Почему вопрос о создании общественной комиссии, проверяющей действия чиновников небольшого городка, должен решать президент России? Что, больше некому?

Как писал Пушкин, "с божией стихией царям не совладать". Сама природная катастрофа не может быть поводом для оценки деятельности властей. Готовность к ней и работа по ликвидации ее последствий – могут. Построят ли людям, пострадавшим от наводнения, дома на тех же регулярно затопляемых местах, или перенесут их на более высокое место? Наладят систему оповещения об опасности, или нет? Понесут ли ответственность виновные в создавшемся хаосе и неоказании своевременной помощи пострадавшим? Поймут ли новые начальники, что это оповещение должно сработать вовремя, без оглядки на возможные обвинения в панических настроениях?

Есть еще очень много вопросов, на которые необходимо дать ответы в самые кратчайшие сроки. И если ответы на эти вопросы не будут вовремя даны, каждый следующий природный катаклизм вполне может превратиться в политический. А традиционно опасный месяц август только на подходе.

Печать