По пересеченным брянским местностям и частностям

На протяжении последних нескольких месяцев федеральный центр спешно заделывал кадровые бреши в губернаторском корпусе. Задача была не из легких — оперативно, до вступления в силу нового закона о выборах губернаторов, заменить проблемных глав регионов на более-менее приемлемые фигуры. Не допустить чреватых бог знает какими уличными осложнениями выборов где-нибудь в Приморье или Подмосковье. Но по новым правилам жить рано или поздно все равно придется, необходимо обкатать практику продавливания провластных кандидатов через «всенародные выборы». Похоже, в Кремле считают, что в этом году можно запустить пробные шары в Брянской, Белгородской и Новгородской областях. Сроки полномочий губернаторов этих регионов вот-вот истекут.

Из всех выходящих на избирательный марафон региональных лидеров наименее готов к выборам брянский губернатор Николай Денин. Господин Денин получил «единицу» в кремлевском «рейтинге выживаемости», подготовленном Фондом изучения электоральных процессов и электоральной политики. Информационный портал Брянск.Ru напоминает, что расчет рейтинга включает в себя несколько факторов: количественный и качественный анализ публикаций в СМИ, рейтинг узнаваемости губернатора, рейтинг партии, от которой выдвинут губернатор, оценка уровня доверия к губернатору и прочее. Так вот, с этими рейтингами у Денина всегда была беда — с 2009-го по 2011 год он перебивался с «тройки» на «двойку», а вот в нынешнем году, в канун выборов, скатился к «единице».

Действительно, мало у кого из действующих региональных политиков на Брянщине положение хуже губернаторского. Регион в социально-экономическом плане не выходит из числа депрессивных, а местные правящие элиты то и дело попадают в криминальные хроники. За последнее время было возбуждено несколько уголовных дел против людей из ближнего круга губернатора, а вице-губернатор Николай Симоненко, по информации все того же «Брянск.Ru», являющийся близким другом Денина, был даже взят под стражу.

Раздражение фигурой главы области в федеральном центре нарастает, и, по данным информированных источников «Особой буквы», Москва не исключает для себя вариант замены Денина в последний момент на иную, не одиозную фигуру. Рассматривается даже так называемый «иркутский вариант», когда Кремль назначил на губернаторство свежего человека из команды Михаила Прохорова. По имеющейся информации, в Брянске может произойти нечто подобное: на смену опостылевшему единороссу Денину, не славящемуся ни харизмой, ни управленческими навыками, Центр продвинет молодого профессионального менеджера.

Впрочем, даже если административное самодурство и доведенный до абсурда принцип «своих не сдаем» возьмут верх и Белокаменная решит отстаивать Денина, нынешний вид закона «о всенародных выборах» со всеми его фильтрами вполне даст такую возможность.

Ведь в чем главный «прикол» новой схемы выборов? В необходимости каждому кандидату заручиться поддержкой муниципальных депутатов — от 5 до 10 процентов из имеющихся в регионе. Поддержка должна быть не в стиле «поднял руку и опустил», а с нотариально заверенными подписями, которые можно отдать лишь за одного кандидата.

А муниципальные депутаты в регионах — это не муниципальные депутаты в Москве. В столице гражданское общество весной спохватилось, начало активно интересоваться выборами в низовые, фундаментальные органы власти. В итоге мы имеем среди московских муниципальных депутатов таких во всех отношениях милых активистов, как Елена Ткач, Вера Кичанова, Максим Кац, Константин Янкаускас и других независимых народных избранников, кандидатов от гражданского общества. Не говоря уже о куче коммунистов и справедливороссов.

В провинции в местных органах власти ситуация несколько иная. Там подавляющее большинство — завучи, директора школ, главврачи районных поликлиник, которые, сами понимаете, к какой политической партии имеют отношение. Многие из них неплохие люди, есть даже и толковые профессионалы, но за последние десять лет вертикаль власти у них отдавила гражданское мужество напрочь. И никакого условного Олега Шеина, реши он вдруг замахнуться на целое губернаторство, это депутатское ополчение не поддержит.

Конечно, какое-то количество оппозиционеров среди муниципалов имеется, но оно колеблется вокруг цифры 5—10 процентов. И именно необходимый минимум в 10 процентов как нижнюю планку поддержки кандидата в губернаторы сейчас и прописывает едросовское большинство в законодательных собраниях регионов.

Если для выдвижения члена КПРФ несколько процентов коммунистов среди муниципалов еще кое-как может набраться, то поддержка единого кандидата оппозиции — человека, априори работающего на грани несистемности, — вещь для провинциальных коммунистических обкомов абсолютно невозможная.

Однако если даже предположить, что оппозиция сможет договориться в отдельно взятом регионе о едином кандидате и этот кандидат прорвется через расставленные на его пути «фильтры» к собственно выборам, проблемы на этом не закончатся. В декабре — марте в Москве гражданские и политические активисты сумели покрыть весь город плотной сетью наблюдателей. Эти горожане в своем веселом гневе довели до предынфарктного состояния тысячи «теток» на сотнях УИКов, поломали отлаженные годами уютные схемы фальсификаций. Но это в столице. Россия — это, мягко говоря, не Москва.

Провинциальная Россия на большей части УИКов вообще не имеет качественного наблюдения за процедурой выборов. КПРФ, разумеется, кичится тем, что держит под контролем своих партийцев чуть ли не все участковые комиссии, и формально это так. Но только формально. Даже в Белокаменной, где, несмотря на отстранение от руководства горкомом Владимира Уласа, у КПРФ по-прежнему сильная парторганизация, на многих участках коммунистические наблюдатели в силу своего преклонного возраста не могут адекватно отслеживать фальсификации.

А в той же Брянской области, да еще не в самом городе, а в глубинке, в районах, ситуация многократно хуже.

Современный наблюдатель должен быть не человеком, а сверхчеловеком-киборгом — сутками не спать, уметь пользоваться гаджетами, уметь отправить с айфона электронное письмо с приложенным файлом — фотографией итогового протокола, вести «Твиттер»-трансляцию… А среди коммунистов встречаются почтенные, заслуженные люди, которые даже СМС не умеют набирать. Есть даже такие — и их немало, — кто вообще не пользуется мобильными телефонами.

А теперь представьте Красногорский район Брянской области, затерянный где-то в лесах на границе с Белоруссией. Много там «разгневанных горожан», блогеров с айфонами и айпадами? Их там вообще нет. Там если и есть наблюдатели, то как раз вот такие, дремлющие с газетой «Советская Россия» под мышкой.

Стоит ли удивляться тому, что в райцентрах партия власти выходит почти на северокавказские показатели? И стоит ли сомневаться, что любого провластного кандидата — будь он хоть Денин, хоть конь императора Калигулы — избиратели с таким уровнем наблюдения за выборами «горячо поддержат»?

Конечно, это не означает, что гражданское общество должно плюнуть в этом году на выборы губернаторов. Если в Брянской области выборы все же состоятся, нужно ехать туда. Брянщина в силу своей географической доступности — шесть часов на поезде — приоритетна. Нужно будет организовывать эти поезда, десантироваться в городе заранее, перед выборами, а не после них, любой ценой договориться с местными системно-оппозиционными кандидатами, идти наблюдателями в УИКи по всей области, покрыть столько участковых и территориальных комиссий, на сколько хватит людей.

Не будет выборов в Брянске — ехать в Белгород или в Новгород Великий. Лучше в Новгород, потому что новгородский губернатор Сергей Митин — куда более проблемный для власти кандидат, чем белгородский Евгений Савченко. Савченко — это московский Лужков эпохи расцвета. Несмотря на неприлично долгое свое правление, он пользуется реальной поддержкой населения. А Митин в «рейтинге выживаемости» — «двоечник», проблем у региона — выше крыши.

Выборы губернаторов по новым правилам — почти такое же издевательство над демократией, как и невыборы по правилам старым. Но теперь есть избиратели, избирательные бюллетени и УИКи, которые будут делать вид, что они эти бюллетени считают. Значит, надо сделать все, чтобы заставить их считать максимально честно.

Кстати:

«Кандидат должен быть поддержан депутатами и главами не менее чем 75 процентов муниципальных районов и городских округов региона. С учетом того, что в периферийных районах («медвежьих углах») многих регионов в местных советах оппозиции обычно нет совсем, этот дополнительный фильтр оппозиционный кандидат в большинстве случаев может преодолеть только при негласной поддержке власти. Интересно представить реализацию этой нормы, к примеру, в Ненецком автономном округе, где всего один муниципальный район и один городской округ (то есть 75 процентов набрать не получится, получится только 100 процентов)», — пишет с своей статье в журнале Forbes специалист по региональным выборам, политолог Александр Кынев. Если случилось чудо и кандидат прошел эти два фильтра, ему необходимо еще (при самовыдвижении) собрать подписи избирателей региона — от 0,5 до 2 процентов. Сколько конкретно — решает регион. Но и этого мало. Помимо всего прочего, президенту дано право по своей инициативе провести консультации с выдвинувшими кандидатов политическими партиями и самовыдвиженцами согласно порядку, утвержденному им самим.

Аглая БОЛЬШАКОВА Печать