Намёк из Ярославля

Ярославль в российской политике - субъект особый. В смысле отношения к правящей партии. В прошлом декабре на выборах в Госдуму область дала худший результат для «Единой России». Теперь вот город избрал своим мэром не кандидата от ЕР Якова Якушева, а бывшего единоросса, ныне же «ультрапатриота, но больше - демократа» (по собственной характеристике) - Евгения Урлашова.

Кто проиграл - очевидно. Но возникает странный, на первый взгляд, вопрос: а кто выиграл? И - в чем, собственно, состоит этот выигрыш?

За этим странным вопросом вовсе не стоит желание эпатировать. Наоборот. Есть желание разобраться в том, что кажется простым и однозначным, а на самом деле таковым вовсе не является. И вот почему.

Да, Евгений Урлашов набрал почти 70% голосов. Казалось бы, что тут обсуждать? Тут не то, что landslide, тут практически чистый нокаут. Однако не будем торопиться. Потому что в этом с виду шокирующем результате припрятано несколько немаловажных «но», без учета которых мы остаемся в плену у магии сенсационной цифры. И с минимальным пониманием того, что же все-таки реально произошло в Ярославле.

Начнем наш перечень этих самых «но» с того, что Урлашов набрал свои победительные проценты только во втором туре. А в туре первом он взял больше своего основного конкурента лишь на 13% (40 против 27). Так что в общей гонке со всеми конкурентами ныне избранный мэр подавляющего преимущества не получил. Это первое.

«Но» второе заключается вот в чем. На выборы в первом туре пришло 63.5% ярославцев, обладающих правом голоса. А на второй тур - лишь 45.5%. Да, по стандартам муниципальных выборов явка в обоих случаях запредельно высокая. А все-таки, в конечном счете, мэра избрали двумя третями от меньшей половины всех избирателей. То есть, реально Урлашова поддержала только треть всех правоспособных горожан.

Согласитесь: одна треть и 70%, это согласно принятому в таких случаях обороту речи - две большие разницы. И в этой раскладке «нетто - брутто», то есть в смысле абсолютности и относительности цифр победителя обнаруживается существенное обстоятельство. Значительно снижающее эйфорию как самого победителя, так и всех тех, кто в ярославском казусе усматривает симптом неизбежного заката «Единой России». А именно: за нового мэра не голосовало две трети ярославцев.

«Но» под номером 3 состоит в следующем. Как бы беспартийный «патриот-демократ» на самом деле в первом туре шел при открытой поддержке КПРФ. А во втором к нему слились еще и голоса «Справедливой России» - конкретно Вячеслава Блатова, взявшего в первом туре 25%. К нему же приплюсовались «яблочные» крохи и какой-то мизер от поддержки со стороны Михаила Прохорова. В результате получился типичный лево-популистский «пирог», припудренный лево и право-либеральной пыльцой.

Это означает, что древнерусский город Ярославль показал ровно тот результат, который левые популисты (коммунисты и эсеры) получили 4 декабря. Совокупно 33% от пришедших на выборы, что в абсолютных цифрах дает результат вообще одну пятую.

А «но» четвертое и самое забавное вот каково. Все три основных конкурента - это бизнесмены. И если для Якушева такой статус в общем-то не удивителен, крайне любопытно будет наблюдать, как отнюдь не пламенный народный трибун, а вполне себе «деловой человек» Урлашов будет соответствовать откровенно лево-популистскому и патерналистски-распределительному запросу своих избирателей.

Учитывая именно это обстоятельство, можно понять смысл реплики секретаря президиума генсовета «Единой России» Сергея Неверова. Пока ярославцы еще не начали жалеть о своем выборе, можно заочно пожалеть их самих. Потому что любая победа по принципу «за любого, лишь бы не от партии власти» - действительно ответственную и действительно дееспособную власть не создает. Номинально победитель есть, а реально - в проигрыше все. Ибо с криком «Долой!» ничего никогда не строилось. А только разрушалось.

Но и для единороссов в этой истории содержится весьма прозрачный намек. Правящая партия должна иметь на руках три «козыря»: яркие кадры, внятную идеологию и повседневную работу с избирателями. Прокол хотя бы в одном из этих компонентов, - и партия легко может оказаться в роли Германа из «Пиковой дамы». А учитывая ее системообразующую роль во всей российской политической системе, это чревато. Сами понимаете чем.

Печать