Лидеры протестного движения с трудом договорились. Первое заседание Координационного совета оппозиции едва не закончилось скандалом

Оппозиционеры показали «Единой России», что значит голосовать неконсолидированно, и чуть не опоздали на запланированную акцию. Корреспондент «МН» побывала на первой встрече новоизбранного совета оппозиции.


На входе в зал, где должно было пройти заседание, шел отсев журналистов: с фото- и видеокамерами пропускали внутрь, пишущим предлагали пройти в другое помещение, где обещали видеотрансляцию. Это была темная, очень душная комната с возвышающимся амфитеатром кресел и пока еще темным экраном. Я запротестовала, объяснив, что подобным образом изолируют журналистов преимущественно на съездах «Единой России» и мероприятиях с президентом. После десятиминутного спора с пресс-секретарем создателя «Роспила» Алексея Навального Анной Ведутой я все-таки осталась в зале заседания, хотя разрешения так и не получила.

Муниципальный депутат Максим Кац в красном свитере ходил между столами и раскладывал документы: проект заявления от имени Совета и временный регламент. Навальный неподалеку давал интервью. К началу заседания собралось немногим более половины участников. Находящиеся под следствием члены Совета националисты Игорь Артемов и Даниил Константинов, а также активист «Левого фронта» Леонид Развозжаев прислали своих представителей.

Борис Немцов по неизвестным причинам участвовал в заседании по скайпу (то есть слушал и голосовал, его решения озвучивала девушка-представитель). Создатель «Движения в защиту Химкинского леса» Евгения Чирикова и публицист Дмитрий Быков опоздали примерно на час, телеведущая Ксения Собчак не явилась вовсе.

Одеты большинство участников были неформально, в галстуках пришли только двое – один из руководителей движения «Солидарность» Гарри Каспаров и коммунист Александр Николаев.

Первым выступил Андрей Пионтковский. Прежде всего он передал присутствующим стопку «мандатов».

— Больше похожи не на мандаты, а на проездные билеты в автозак, — пошутил он. «Мандаты» представляли собой бело-синие карточки и с виду действительно напоминали автобусные проездные билеты.

Пионтковский предложил организовать в интернете форум «Свободная Россия», где участвовали бы все, кто голосовал за Совет, а сам Совет был бы рабочим органом этого «электронного вече».

Затем он внес кандидатуру председателя первого заседания — Алексея Навального. «Он обладает определенными привилегиями по отношению к остальным 45 участникам, поскольку в личном качестве стал победителем наших выборов, набрав большее число голосов», — пояснил Пионтковский. Участники с самого начала решили воспользоваться всеми преимуществами демократии в отдельно взятом Совете. На вопрос, есть ли возражения против кандидатуры Навального, руку поднял Кац:

— Предлагаю кандидатуру Андрея Илларионова.

Пионтковский предложил проголосовать, но до голосования дело не дошло. Удивленный неожиданно оказанной ему честью, Илларионов взял самоотвод, поддержав кандидатуру Навального.

Навальный, к воротнику которого заранее был прикреплен едва заметный микрофон-прищепка (остальные члены Совета пользовались ручным микрофоном, передавая его друг другу), занял место председателя. Он уточнил, что председательствует он только на первом заседании, и зачитал повестку. Предстояло решить три вопроса: согласовать текст заявления по политзаключенным, принять временный регламент и договориться о ближайших массовых акциях.

Первый же вопрос вызвал бурную дискуссию: половину участников не устраивал текст заявления. Кацу там не хватало пояснений, почему упомянутые люди считаются политзаключенными, он предложил доходчиво прописать это в тексте. «Иначе нас никто не будет воспринимать всерьез», — предостерег он.
Некоторые предложили дополнить список политзаключенных. А биолог Михаил Гельфанд посоветовал выправить стилистику, чтобы заявление звучало «менее пафосно». В разгар дискуссии выяснилось, что автором высокопарного текста был Илья Яшин. Причем сам Яшин скромно помалкивал, пока его не сдал журналист, член Совета, Сергей Пархоменко.

В итоге список политзаключенных решили оставить без изменений, признав, что любой согласится с тем, что таковыми являются обвиняемые в беспорядках 6 мая и задержанные после фильма «Анатомия протеста-2», остальные же случаи могут вызвать споры. Кацу и всем сомневающимся посоветовали обратиться к сайту правозащитной организации «Мемориал», объем текста подобными разъяснениями решили не увеличивать.

Учли только замечание Гельфанда. Для выправления яшинской стилистики была создана редакционная группа из 5-6 человек, которая, удалившись в конец зала, больше часа правила текст. Остальные тем временем обсуждали нерешенные вопросы. Лидер «Левого фронта» Сергей Удальцов то и дело пытался склонить коллег к обсуждению массовых акций.

— Надо каждый четверг брать в кольцо Следственный комитет, - сказал он, когда в порядке очереди получил слово. Но Навальный предложил сначала утвердить временный регламент, а об акциях поговорить в конце.

На вопрос, все ли согласны с текстом временного регламента, Кац заявил, что он давно уже написал проект постоянного регламента и всем разослал.

Выяснилось, что проект Каца читала только треть собравшихся, но и тем он не нравится, и вообще у них есть свои проекты. Дело дошло до того, что голосование по внутреннему регламенту Совета хотели доверить той 81 тысяче избирателей, которые этот Совет и выбрали. Но вовремя передумали: вдруг проголосует меньше 81 тысячи, и тогда будет повод еще раз не согласиться с результатами.

С трудом выбрали интернет-площадку для голосований и обсуждений. Навальный сразу предложил сайт «Демократия 2». Ему возразил предприниматель Александр Винокуров. По его мнению, наилучшей площадкой был бы Facebook. Винокурова тут же поддержал Кац. Голосовали несколько раз. Наконец набралось 24 голоса за «Демократию 2», и можно было перейти к следующему вопросу.

Слово взял Каспаров и сказал о необходимости выбрать временного (до Нового года) секретаря Совета. По его мнению, административную работу хорошо было бы поручить «внешнему» человеку, не члену Совета. Он предложил кандидатуру Дмитрия Некрасова. Это предприниматель, один из координаторов «Комитета гражданских инициатив» Алексея Кудрина, он не набрал достаточного числа голосов и не вошел в Совет.

Против снова выступил Винокуров. «Эта история выглядит как заранее подготовленная. Кто вас сюда пригласил?» — обратился он к Некрасову. Тот растерялся.

«Предлагаю кандидатуру Ашуркова», — заявил Винокуров. (Владимир Ашурков - исполнительный директор «Фонда борьбы с коррупцией». – «МН») Но сидевший рядом с ним Ашурков, видимо, дал понять, что не хочет, потому что Винокуров тут же выдвинул свою кандидатуру. Его по традиции поддержал Кац.

(В конце заседания я спросила у Каца, почему он так часто выступал против и не смущает ли его, что некоторые решения были подготовлены. «Я не выступал против. Почему часто? Любое заседание такого уровня обязательно должно быть подготовлено. Это меня не смутило — это меня обрадовало», — поспешил заверить он.)

Опять голосовали несколько раз. Абсолютного большинства «внешний» кандидат не набрал, поэтому Навальный предложил утвердить двух секретарей — Некрасова и Винокурова. Так и поступили.

Время поджимало: в 15.00 весь Совет уже должен быть на акции в поддержку политзаключенных. На обсуждение массовых акций осталось не больше 10 минут.

Удальцов настаивал, что конец года обязательно нужно отметить массовым шествием, ведь в декабре годовщина начала протестов. Он предлагал устроить его в субботу, 8 декабря. Не все были согласны с датой и форматом акции. Навальный предложил ограничиться официальным заявлением Совета, что массовая акция в декабре будет, но формат и дату определить потом.

— Предлагаю снять этот вопрос с повестки дня в связи с отсутствием времени, — вставил свое мнение Кац.

— Саботажники! — возопил Удальцов, за что получил замечание от Навального.

— Учитесь у жуликов и воров объединяться и работать слаженно, — посоветовала Чирикова Удальцову и Кацу.

Как и Удальцов, Кац тоже регулярно встревал без очереди. Согласно временному регламенту, за это обоих следовало удалить с заседания. Но, поскольку регламент принять так и не удалось, все участники оставались на своих местах до конца встречи. Печать