Пейзаж перед битвой. «Яблоко»

Для партии «Яблоко» предстоящие выборы — судьбоносные. Если в этот раз партия не сумеет пройти в Госдуму, её будущее становится туманным. И это на фоне такого уровня поддержки, какому могут позавидовать многие партии.

Партия «Яблоко» родилась из избирательного блока Явлинский — Болдырев — Лукин, но быстро стала централизованной партией с непререкаемым авторитетом партийного лидера, которым стал Григорий Явлинский. На первых выборах в Госдуму в 1993 году (и на первых своих выборах) блок «Яблоко» завоевал шестое место. «Яблочники» получили по спискам 20 депутатских мест (ЛДПР — 59 мест, «Выбор России» — 40, КПРФ — 32, «Женщины России» и «Аграрная партия России» по 21 месту). С учётом семи одномандатников, «Яблоко» стало пятой по численности партией в Госдуме. В 1995 году партия Явлинского набрала 10,16% голосов, уступив ЛДПР 0,9% и образовав четвёртую по численности фракцию в Думе.

Последний раз депутаты партии «Яблоко» попали в российский парламент на выборах 1999 года. Тогда партия набрала 5,93% голосов и заняла шестое место после КПРФ, «Единства» и «Отечества» (двух блоков, которые потом и объединились в «Единую Россию»), СПС и ЛДПР. На выборах в 2003 году партия «Яблоко» пришла к финишу пятой, но, к сожалению, не преодолела пятипроцентный барьер, набрав, по отчётам избиркома, 4,3%. Это стало неожиданностью не только для сторонников партии. Соцопросы и данные экзитпула позволяли надеяться на прохождение в Думу. Вроде бы даже в ночь после выборов Владимир Путин позвонил Явлинскому и поздравил его с результатами голосования. Тем сложнее было сторонникам партии пережить случившееся, когда после окончательного подсчёта бюллетеней, «Яблоку» не хватило голосов и в Госдуме его представляло четыре депутата-одномандатника. И хотя в Европе «Яблоку» удалось получить признание (в марте 2002 года «Яблоко» приняли в «Либеральный интернационал», а в 2006 году — в Европейскую партию либеральных демократов и реформаторов, включающую либеральные и центристские национальные партии Европы), в России позиции партии слабели. На выборах 2007 года партия Явлинского опять пришла шестой и набрала 1,59% голосов, пропустив вперед Аграрную партию России (2,3%) и даже близко не подобравшись к семипроцентному барьеру.
Бескорыстные «яблочники»

Оказавшись, как и «Союз Правых Сил», за бортом парламентской политической деятельности, «Яблоко», тем не менее, сумело сохранить и значительную часть актива, и свой электорат. Сложнее оказалось решить проблемы финансирования. «Равноудаление олигархов», завершившееся арестом одного из главных спонсоров думских партийных фракций — Михаила Ходорковского, заставило и остальных бизнесменов осторожнее относиться к выделению денег оппозиционным политическим партиям. А получение зарубежных грантов, бывшее в начале девяностых свидетельством респектабельности и продвинутости политика, в «нулевые» стало выглядеть как минимум непатриотично.

Но если у СПС пересыхание финансирования региональных организаций привело к перетоку активистов в другие партии и усыханию электоральной базы, то «Яблоку» удалось сохранить хоть какую-то активность своих региональных отделений и, что ещё более важно, сохранить поддержку избирателей. Сторонники «Яблока» оказались верны своей партии даже после того, как её основатель, долгое время единолично руководивший партией, — Явлинский — передал бразды правления Сергею Митрохину.

Соцопросы, проводимые в «тихое» время, задолго до начала очередной избирательной кампании стабильно дают уровень поддержки «Яблока» в 3—4% (а в отдельных регионах — существенно выше). О такой поддержке «в мирное время» многие партии могли бы только мечтать. И это, между прочим, база, которая нужна для того, чтобы — при должном финансировании и правильном ведении кампании — набрать намного больше, чем нужно для преодоления хоть пяти-, хоть семипроцентного барьера. Плюс агитация некоторых партий, ведущаяся в том же идеологическом спектре и способная привести к стабильному «Яблоку» новых сторонников. И на таком фоне партия теряла те голоса, которые, казалось, были у неё в кармане.

Бог из машины

Но потенциал у партии есть. Вопрос лишь в том, удастся ли его реализовать. Во многом решиться это должно в стенах Кремля. Несколько раз возникали слухи об уже назначенной дате встречи президента Медведева с нынешним лидером партии «Яблоко» Сергеем Митрохиным, но каждый раз оказывалось, что окончательной договорённости достигнуть ещё не удалось. Судя по всему, чиновники Администрации президента, отвечающие за работу с партиями, ещё не выработали позиции в отношении «Яблока». С одной стороны, «яблочники» всегда бескомпромиссно критиковали власть. Причём, в отличие от коммунистов, критиковали с «европейских позиций». Поэтому их голос сегодня был бы «слышнее», а значит они опаснее для исполнительной власти. С другой стороны, «Яблоко» никогда не принадлежало к «несистемной» оппозиции. И «добро» от кремлёвской администрации на прохождение в Госдуму можно увязать с набором допусловий. Правда, лидеры «Яблока» всегда были трудными партнёрами в таких переговорах — что Явлинский, что сменивший его Митрохин.

Если всё же отмашка сверху будет получена, это может развязать кошельки потенциальных спонсоров, дать возможность попасть на федеральные телеканалы, которые во многом и определяют настроения избирателей. В девяностые позиция прессы и ТВ определялись личными симпатиями журналистов и редакционной политикой, во многом диктовавшейся владельцами медиахолдингов. И тогда у «Яблока» не было проблем с освещением своей позиции, а учитывая симпатии Владимира Гусинского, даже была определённая фора. Сегодня редакционная политика «больших» телеканалов зависит от позиции Кремля.
Предмет торга

«Яблочные» функционеры среднего звена ожидают, что предметом торга станет та или иная форма сотрудничества с обновлённым «Правым делом». О возможности сотрудничества двух партий, отстаивающих демократические ценности, много говорилось ещё во времена СПС. Но каждый раз руководители «Яблока» требовали от своих партнеров покаяния за ошибки приватизации, цену шоковых реформ и антидемократическую политику ельцинского режима. Во время своего майского визита в Нижний этого года Митрохин дал понять, что эта позиция не изменилась.

Конечно, Михаил Прохоров не участвовал в разработке рыночных реформ, за которые «яблочники» критикуют правых, не состоял в СПС, не входил в состав правительств. Но он стал «выгодоприобретателем» реформ. Вице-премьером правительства России был его тогдашний компаньон Владимир Потанин. Наконец, в составе «Правого дела» слишком много бывших СПС-овцев. Правда, яблочники нового призыва, не помнящие конкуренции с СПС, готовы рассматривать возможный альянс с партией Прохорова с прагматических позиций: мол, у Прохорова острый дефицит кадров, а у «Яболока» работающие региональные отделения. И если соединить деньги олигарха с яблочной инфраструктурой…

Думается, подобный вариант маловероятен. Взгляды поддерживающих «Яблоко» рядовых избирателей близки скорее к идеологии европейских социал-демократов, в то время как «Правое дело» даже с обновлённой программой останется правой партией. И Прохоров сказал, что его партия будет не «оппозицией», а «второй партией власти». Думаю, для большинства сторонников «Яблока» уже это делает альянс с «Правым делом» невозможным.

Единственным возможным предметом для переговоров о сотрудничестве, является «водяное перемирие» на время выборов — пакт о взаимном ненападении для двух партий, которые хотят вернуться в ГД. Если это позволит «Яблоку» мобилизовать голоса протестно настроенных сторонников незарегистрированных партий и не допустить их уход к коммунистам, а «Правое дело» сможет при этом заручиться поддержкой традиционно игнорирующих выборы представителей среднего класса — тогда обе партии окажутся в выигрыше. Но насколько такой сценарий соответствует планам «ЕР» вновь завоевать в Думе большинство? И насколько ответственность глав регионов за результаты «ЕР» позволит им пустить предвыборную борьбу на самотёк и устраниться от использования административного ресурса?

Дмитрий Скворцов Печать