Когда - рядом, но не вместе

Алена Август и Олеся Иневская - к ситуации со стрельбой в Одинцово.

Политконсультант, эксперт по коммуникациям, соцархитектор, эксперт Центра ПРИСП Алена Август:

На днях приняла участие в эфире на эту тему. И некоторые высказывания аудитории, которая писала в чаты и звонила на радио, печально удивили.

«Нужно больше запретов и контроля!»

Мы же понимаем, что для подростка любой запрет – лишь повод найти возможность его обойти. Если дойти до абсурда, надо просто запретить интернет, мобильную связь, любые контакты с людьми и «сидеть под колпаком». Ну потому что кто поручится, что не в интернете, а в благополучном московском парке подростка не встретит и не вовлечет в общение человек с нацистскими взглядами или проповедник жестокости? Нет, не выход.

«Надо за всеми следить!»

Каким образом, извините? Камеры каждые 50 сантиметров? Приставить к каждому подростку, а то и взрослому – соглядатая? Не кажется утопией? На самом деле, камер в той же Москве и без того достаточно. А наличие охраны в школе, как мы видим, не всегда гарантирует безопасность.

«Государство должно заниматься!»

Чем? Государство построило школы, открыло кучу спортивных секций, разных кружков, театров и прочего – детям есть чем заняться, но… Многие из них одиноки в семье, одиноки в классе, в институте и понятным образом стремятся заполнить эту стылую пустоту. Поэтому ответ все же – родители и значимые взрослые должны быть ближе к детям. Как сейчас проводит время ребенок в семье, даже если он его там проводит? Чаще всего каждый в семье в своем телефоне или другом гаджете. Рядом, но не вместе. А нет ничего важнее, чтобы подростку было с кем поговорить, причем обо всем – даже самом непонятном, невозможном, о том, в чем он сомневается, и в таком разговоре важно быть внимательным и понимающим.

Мы почему-то не удивляемся, когда малышу надо помочь научиться ходить и мы бережно держим его за ручку, пока он делает свои первые шаги. Почему же мы не ведем себя также бережно, когда подросток, раздираемый противоречиями бушующего мира, в гормональной буре, стрессе непонимания и протеста делает свои первые шаги во взрослом мире? Доверие и наблюдательность – вот что важно для родителей подростков в это время. И тогда они смогут заметить изменения в состоянии и поведении подростка, смогут помочь ему, не дадут ему остаться одиноким и непонятым. Ну и конечно, важно понимать, на каких сайтах зависает подросток, чем он живет в сети, с кем общается. Это если касаться отношений, что самое важное.

Что же до школы – надо в корне менять подход к подготовке педагогов. Выучить формулы и вызубрить правила можно всегда, а вот научиться понимать людей и себя – для этого нужно обладать набором психологических практик и опыта. Возможно, стоит перестроить программы, чтобы наши будущие педагоги умели не только «давать уроки», но выстраивать доверительные отношения, быть внимательными к детям и самим себе? Тем более, что в свете ситуации, когда СВО и изменения в мире влияют на все, такой «психологический минимум» нужен практически каждому.

Клинический психолог, психодраматерапевт Олеся Иневская:

Во-первых, любой «колумбайнер» - это, в первую очередь суицидент, человек, страдающий депрессией, или другим серьезным тревожным расстройством и/или расстройством личности. Подросток идет не просто убить, но и погибнуть. Во-вторых, это подростки с серьезными проблемами в социализации. Они отчуждены или сталкиваются с социальными конфликтами, буллингом, чувствуют себя отвергнутыми.

Подростковый возраст сам по себе опасен еще и тем, что в этот период появляется желание строить романтические отношения. Эти ребята наблюдают, как другие подростки знакомятся и общаются, и ощущают свою отверженность. Это порождает в них огромную ненависть. Им хочется доказать свою значимость, показать, что они что-то из себя представляют, но часто они не видят для этого возможности: ни достижений, ни успехов в учебе, ни в спорте, ни в других областях.

Возникает проблема того, как проживать эти накопленные эмоции. Они начинают погружаться в контент, связанный с насилием, чувствовать себя сильными, ассоциируя себя с человеком, держащим оружие, потому что тот кажется им всемогущим: он может отнять жизнь или сохранить ее. Для них это становится способом отомстить, разобраться со своей жизнью и доказать, что они чего-то стоят и, что важно - стать известными. Нападающие на школы - подражатели. Их привлекает слава и огромное количество внимания, которого они были лишены, к тем, кто совершал преступления до них.

Зачастую весь этот процесс запускается после переживания утраты: будь то насилие, развод родителей или равнодушие со стороны взрослых.
Печать