Французское общество хочет сказать Макрону «No pasaran»

Распуская парламент, Макрон видимо рассчитывал на воспроизводство старого, хорошо обкатанного сценария «No pasaran». В соответствии с консенсусом,  сохранявшимся до сих пор во французском обществе, НацФронт (с 2018 г. носит название «Национальное объединение») является «партией Зла» и перед угрозой ее доступа во власть все политические силы должны непременно сплотиться, чтобы заградить ей путь.

Однако, похоже, что сегодня этот призыв не сработает, вернее, сработает – но сразу против всех трех главных блоков – ультра-правых, ультра-левого «Народного фронта» и центристов Макрона. Имевшегося консенсуса больше не существует.

Во-первых, потому что многолетняя стратегия по обелению  и «ребрендингу» Нацфронта, которую ведет Марин Ле Пен, дает свои плоды. Частью ее стратегии были смена названия и лидера партии, который больше не носит фамилию Ле Пен, отказ официальных преставителей партии от ксенофобии, расизма, гомофобии, неонацизма, антисемитизма и превращение некогда маргинального экстремистского движения в "нормальную суверенистскую  правую партию бонопартистского типа".

Последовательный рост популярности вызван также тем, что «НацФронт», бывший изначально партией мелкого и среднего бизнеса (так называемой партией лавочников пужадистского типа) адаптировал лозунги и программу к своему новому электорату – деклассированным элементам и тем, кому дорог социальный голлизм и его завоевания: развитое социальное обеспечение, стабильность, суверенитет и международный авторитет Франции.

Несмотря на все эти изменения, многие французы по-прежнему видят в Национальном Объединении наследников фашизма и призывают «преградить им путь» на выборах. Но призыв «делайте что угодно, но голосуйте за Макрона» (опубликованный Либерасьон накануне 2-ого тура выборов 2017 года) остался в далеком прошлом. Моральный аргумент работает все хуже и остается характерен в первую очередь для городской буржуазии. Борьба с фашизмом -  будь он мнимым - стала важным элементом ее политического самосознания, внося элемент героизма в ее размеренное существование. Но соотечественники, чьи проблемы носят более приземленный характер, все менее восприимчивы к моральным аргументам: последние вызывают у них не поддержку, а скорее сарказм и раздражение.

Последним громким успехом стратегии обеления стало то, что один из самых почитаемых лидеров французских евреев, защитник памяти жертв нацистских концлагерей, Серж Кларсфельд заявил, что в случае выбора между ультра-левыми и ультра-правыми он не задумываясь отдаст свой голос последним, так они не являются «ни антисемитами, ни расистами». В отличие от ультра-левых, в чьих речах и рядах Кларсфельд и многие другие видят проявления антисемитизма.

«Непокорная Франция» и ее скандальный лидер Жан-Люк Меланшон вызывают у многих французов не менее, а порой и куда более острую реакцию, чем «Национальное объединение». Ультра-левые подвергаются самой резкой критике за «антипарламентаризм», защиту и присутствие в их рядах различных  радикальных  движений (деколониальных активистов, антисионистов, исламских радикалов, враждебно настроенных к Франции). Так что в случае выбора между ультра-левыми и любыми другими кандидатами, многие французы пойдут «заграждать путь» именно ультра-левым.

Ну и наконец в обществе крайне сильно стремление сказать «No pasaran»  самому Макрону, проголосовав за кого угодно, лишь бы не за кандидата от правящего большинства. Кстати, если Макрон потерпел бы с выборами до осени, раздражение непоследовательными выходками лидера страны и желание наказать его, возможно, не были бы столь велики как сегодня...

По опросу  IFOP от 20 июня, ультра-правые получают около 35% мест в парламенте (почти в 2 раза больше чем в 2022), Новый Народный фронт – около 29% и коалиция Макрона – порядка 21.5%.

По словам Франсуа Крауса, ведущего специалиста Ifop, при таком раскладе во Франции в течение трех лет вероятно будет действовать правительство бельгийского типа, это будет исполнительный орган чисто технического характера. Печать