Книги и достаток – лекарство от ура-патриотизма?

Политолог, эксперт Центра ПРИСП Николай Пономарев – с реакцией на размышления Константина Калачева о книгах, читателях и современных идеях.

Могут ли действительно хорошие книги стать прививкой от милитаризма, шовинизма, этатизма и иных разновидностей «духовной чумы»? Это неоднозначный и сложный вопрос, в том числе потому, что ответ на него требует анализа десятков факторов. В конце концов, важно не только содержание и форма послания. Следует учитывать, кому, в каком возрасте и в какой ситуации оно дошло. Как тут не вспомнить библейское: «Сеятель бросал зерна в землю, и оно падало на самую разную почву. Одно упало при дороге, и птицы склевали эти зерна, другое на каменистую почву, сначала оно проросло, но, не имея корня, погибло. Иное упало в сорняки, и те заглушили всходы, другое упало на добрую землю и принесло свой плод многократно»? Однако совершенно точно можно сказать, что наличие «духовной прививки», сделанной острием писательского пера – это отнюдь не привилегия образованных представителей среднего класса.

Семья автора этих строк не относится к числу бенефициаров «перестройки», «лихих девяностых» и «тучных нулевых». Черный август 1998 года надолго отбросил ее в состояние на грани бедности и нищеты. Выправить ситуацию удалось только после моего совершеннолетия, когда я начал параллельно работать и учиться. Не сойти с ума за эти годы мне помогла возможность сбегать в мир литературы. Ремарк, Шолохов, Буссенар, Дюма, Рид, Хаггард, Купер, Некрасов, Кинг, Роулинг, Лермонтов, Азимов, Шекли, Хайнлайн, Нортон, Ле Гуин раз за разом открывали для меня двери в миры, разительно отличающиеся от лишенной какой-либо надежды реальности за окном. И они же постоянно устраивали испытания для моего «морального компаса», раз за разом вынуждая вместе с героями делать непростой выбор. Именно поэтому я приобрел иммунитет даже к весьма изощренной пропаганде разнообразных «измов» (после прочтения «Билла – героя галактики» человека сложно зацепить агиткой в духе «Звездного десанта», а «Враг мой» Лонгиера – лучшее лекарство от всех форм ксенофобии, включая «обратный расизм»).

В старших классах и во время учебы в университете я делился всеми прочитанными книгами со своими друзьями, многие из которых принадлежали именно к среднему классу. Но, к моему удивлению, зачастую прочитанное не оставляло никакого следа на их мировоззрении. Люди, запоем читавшие «На Западном фронте», оставались милитаристами, любившими спеть под гитару что-нибудь в стиле «А мы по локоть закатаем рукава, а мы Чикаго рас….им на дрова». «Абсолютное оружие» Гаррисона оставалось для них забавным рассказом, а не мрачным напоминанием о темных глубинах человеческой сущности (как и «Ржавчина» Брэдбери).

Больше всего меня поразила реакция одного из друзей на роман Мартьянова «Конкистадоры Гермеса». По сюжету книги, к Земле приближается нейтронная звезда. Это может убить все население планеты, а может, и нет. Власти ведущих государств Российской империи решают тайно провести эвакуацию на колонизируемые планеты элит, востребованных на новом месте ученых и молодых семей с детьми. Всех прочих подданных оставляют на материнской планете, отказавшись от любых обязательств перед ними. Брошенные пытаются наладить быт (и им это даже удается). Но оставленные на Земле армейские зондер-команды по приказу властей истребляют большую часть оставшихся жителей планеты при помощи вирусного оружия. Читать дальше этот опус магна я не смог: столь велико во мне было отвращение к «героям», не испытывавшим ВООБЩЕ никакого чувства вины перед миллиардами убитых людей. Мой друг, выросший в полной и, слава богу, сытой и дружной семье, напротив, полностью поддержал главных героев романа.

Тогда я так и не смог понять, чем было вызвано это отсутствие эмпатии. Как, впрочем, и сейчас не могу объяснить для себя, почему мои знакомые-программисты в своей дружеском чате на регулярной основе требуют обратить Киев в радиоактивный пепел, не брать в плен солдат ВСУ, организовать тотальную блокаду украинских городов по ленинградским лекалам и т.д. Это образованные и обеспеченные люди. У них есть квартиры, машины, дачи. Многие получают зарплату в долларах в компаниях «коллективного Запада». У большинства есть жены, дети, пожилые родители. Нет только чувства сострадания и готовности взглянуть на ситуацию со всех сторон.

«Глубинный народ» (в плохом смысле) не формируют исключительно бедные и необразованные жители глубинки. Шовинисты, милитаристы, «ура-патриоты» принадлежат к самым разным слоям общества.

И равным образом нельзя причислять к «глубинным россиянам» всех лоялистов. Львиная доля сторонников действующей власти никогда не поддержит призывов безумных «экспертов» с федерального ТВ «ровнять кварталы градами» или «отправить оппозиционеров в концлагеря». Потому что как среди сторонников, так и противников власти преобладают люди с развитой эмпатией. Идеологический конфликт между которыми зиждется не столько на разной интерпретации одних и тех же фактов, сколько на отличиях в структуре картины мира. Для условных либералов-оппозиционеров российская армия – это «коллективный Мильчаков» (и только), для лоялистов – простые мужчины из Костромы, Минусинска или Кропоткина, опекающие прибившуюся к части пару одиноких стариков или пытающиеся выкормить брошенных матерью котят.

К сожалению или к счастью, мы не можем разделить людей на элоев и морлоков по большинству социальных оснований. У Геринга было прекрасное образование, хорошее происхождение и безукоризненные манеры, когда ситуация требовала от него проявления галантности. Но это не мешало ему быть чудовищем. Поэтому мы можем лишь следовать одной из азбучных истин, которые нам оставили великие писатели прошлого – не судить книгу по обложке.

Не нужно лепить на людей ярлыки. Ни к чему спешить выносить приговор обладателю другого мнения. По другую сторону фронта – реального или политического – чаще всего находятся такие же люди, как ты сам. Печать